Но это стоило ещё хорошенько обдумать и обговорить с главой. А когда Аринтар ушел, я не упустила шанса обсудить с Дориархом Майю. Не так давно она всё-таки, с моей посильной помощью, уговорила Хэлмираша дать разрешение на перевод ее к практикам. И уже вторую неделю училась вместе с боевиками. Глава, зная о ее возможных проблемах с эмоциями, наблюдал за ней какое-то время, чтобы убедиться, что она не будет представлять опасности для окружающих. Но Майя справлялась вполне успешно, поэтому сегодня мы обсуждали как раз возможности снятия подобного присмотра.
Хэлмираш же все это время был как на иголках, волновался, что Майя может сорваться, потому что среди боевых магов бродило застарелое недовольство Ликаардом. Старшие магистерские курсы до сих пор помнили, как он бушевал в те несколько лет, что пытался учиться здесь. Большинство, конечно, уже переросли это, но некоторые продолжали подзуживать младшие курсы, в том числе и тот набор, с которым училась Майя. Объявление Ликаарда фаворитом принцессы только подлило масла в огонь. Хэлмираш успокоился хоть немного только сейчас, когда я начала работать рядом с ней и присматривать за дочерью лично. Ее амулет, следящий за эмоциональным состоянием, страж тоже переключил на меня.
Но, как оказалось, не зря Хэлмираш так старался не допустить перехода дочери в непосредственную близость к боевикам. Стоило мне только начать обсуждать успеваемость Майи, как завибрировал браслет, отвечающий за выплеск ее эмоций.
Я извинилась перед Дориархом, встала, открыла портал и переместилась, ориентируясь на дочь: мы только недавно с учителем Чукрасом начали практиковать такой принцип закрепления выходной точки. Ожидала увидеть какую-то стычку, ссору, но никак не мага в короткой мантии боевиков-стихийников двойной магии — таких обучали после получения третьей магистерской ступени по обеим парам стихийной магии,— катающегося по полу и зажимающего ногами и руками пасть огромной светло-серой собаки. Рядом жались к стенам тренировочного зала несколько напуганных зрителей, среди которых я узнала того парня, что задирал дочь ещё в нашу первую встречу. Значит, кулака Ликаарда ему не хватило… Ладно, учтем.
— Майя! — рявкнула во все горло, рассчитывая привести дочь в себя и заставить обратиться в человека.
Меня охватывала внутренняя дрожь каждый раз, когда Майя глубоко уходила в собственные эмоции, но конкретно сейчас я не позволила себе лишних волнений, у меня не было на них ни права, ни времени: нужно было понять, что случилось. И принять все необходимые меры, потому что Майя никогда раньше не перевоплощалась полностью, мы всегда успевали ее успокоить раньше, чем это происходило. Что спровоцировало ее на настолько быстрое обращение — вопрос, требующий ответа. Но не из числа первых.
Однако как бы ни обстояли дела, собака мой голос услышала и замерла, тяжело дыша. Широкие бока быстро вздымались и опускались. Маг, что все это время пытался ее обезвредить, поднял на меня блестящее от пота лицо. Я узнала помощника Эскеля — парень, как и Майя, работал у лорда Гарахи над амулетами для дварфов.
— Хасан,— напрягла память и вспомнила имя.— Освободи ее и заключи нас обеих в купол.
Тот спорить не стал, коротко кивнул, резко разжал захват, отпрыгнул в сторону со всей возможной скоростью и взмахнул руками, создавая вокруг нас барьер.
Собака, отряхнувшись, поднялась, покачнулась, но выровнялась и подняла на меня глаза. И вот тогда мне стало действительно страшно, потому что на меня смотрели два абсолютно черных глаза даже без намека на радужку. Собака расставила лапы пошире, зарычала, подняла верхнюю губу, обнажая антрацитовые клыки. Ее очертания как-то странно размывались. Наверное, будь я демонессой, то видела бы сейчас исходящую от неё дымку тени.
— Пламя Хараша,— выдохнула, в следующее мгновение уже швыряя энергию для создания портала под лапы собаке, а сама прыгнула сверху, не давая дочери выбраться за границы портала.
Через мгновение мы обе выпали на пол в приемной Трига.
— Лови ее! — заорала, понимая, что удержать огромную псину мне просто не под силу.
На мой крик среагировал незнакомый демон, стоящий к нам ближе всех. Он перехватил Майю в прыжке, одним движением прижал руками морду собаки к груди, а ногами зафиксировал лапы. Гораздо успешнее, чем это пытался сделать Хасан. Когда я поднялась с пола, Триг уже стоял рядом со мной.