рспективы? — Как только рисунок увидит первый зритель, мы сразу же ощутим действительность. — Действительность? — Да! Реальность творения. Мы станем его частью… *** Второй переход совершился так же безболезненно как и первый. Но как и первый, он не принёс результатов. Напрасно Калимов убеждал всех, что картину обязательно кто-то должен увидеть, что надо немного подождать. Поначалу пребывавшие в растерянности пассажиры и члены экипажа теперь с каждым днём высказывали всё больше недовольства как решениями капитана, так и безрассудностью учёного. Перепуганный таким положением дел профессор заперся в каюте и сутками вглядывался в многостраничные формулы в поисках ошибки. Видя творящееся на корабле, и без того неразговорчивый капитан теперь ходил чернее тучи. Наконец терпение лопнуло, и в один прекрасный день он обратился ко всем обитателям корабля: — Товарищи по несчастью! Я, ваш капитан, приношу самые глубокие извинения за всё случившееся. Трагическая случайность привела к тому, что мы оказались вечными пленниками нашего корабля. К сожалению, все попытки спастись провалились. Поэтому завтра утром начинаем общее погружение в анабиоз. Возможно кто-то когда-нибудь найдёт нас… *** Подготовка к вечному погружению в анабиоз была затяжной. Услышав слова капитана, каждый словно ощутил шуршание мела судьбы, подводившего черту существования. Враз пропала суета, недовольное ворчание и выкрики возмущения. Пропала горячность, растворились переживания. Постепенно перед неизбежным растаял даже страх… Первый помощник капитана с тоской оглядел свою каюту. Такое родное и любимое место пребывания… Не второй дом, а самый настоящий первый. Хотя никакого особого уюта не было — обычная комплектация офицерской каюты. Пожалуй, только дополнительно смонтированный дублирующий пульт не вписывался в стандартный интерьер. Повинуясь какому-то неясному чувству, первый помощник подошёл и в последний раз щёлкнул тумблером. Экран тут же отобразил, согласно последним настройкам, трансляцию с внешних корабельных камер. Чернота дисплея казалось проникла в душу человека. На глазах навернулись предательские слёзы. Дрожащая рука потянулась, чтобы выключить уже ненужный пульт, когда глаза офицера округлились от удивления. Он тут же включил интерком и, позабыв о субординации, истошно завопил: — Внешние камеры! Все смотрите! Вы это видите?! Перепуганные криком старшего офицера обитатели корабля кинулись к экранам. У всех без исключения вырвался возглас удивления. Даже каменноликий капитан, словно мальчишка, закричал: — Мы на планете? На Земле? Почему? Наш корабль не приспособлен для посадки на поверхность! — Теперь приспособлен, — загадочно улыбаясь, прокашлял профессор. Все семьдесят обречённых гурьбой высыпали на поверхность. От переполнявших чувств у многих началась истерика. Кто покрепче, просто поражённо вертели головами и радостно кричали друг другу: — Воздух! Воздух-то какой здесь! — Мать честная! Как дома! — Ты только глянь! Тут бамбуковые заросли! — Ой, ручеёк! — А это… Это ещё что? — оглушающий бас заставил всех обернуться. Капитан поражённо указывал в небо, где величаво парил дракон… *** Солнце пробивалось через тонкие невесомые занавески, наполняя комнату теплом наступающего утра. Молодой человек открыл глаза и обнаружил, что возлюбленная давно не спит. По её едва заметной улыбке он моментально понял всё. — Ты видела? — Конечно! Любопытно было, почему ты в первую ночь вдруг погасил свет. Никогда не думала, что среди якудза бывают стеснительные люди. — Да. Я член банды. Но мне впервые за это неловко. Неловко перед тобой. Парень смутился и зарылся лицом в подушку. Но девушка нежно запустила пальчики в чёрную, как смоль, шевелюру и прошептала в самое ухо: — Можно, я рассмотрю её получше? — Да. Она стянула одеяло и внимательно уставилась на картину, занимавшую всю верхнюю часть спины. — Великолепная работа! Я в этом разбираюсь. — Ещё бы! Это старый Онзу дедал. — Слепой тату-мастер? — Он. — Я думала, что это всего-лишь легенда. — Нет. У него удивительные руки. Недаром, даже потеряв зрение, он создаёт великие картины. Кстати, до тебя её ещё никто не видел. Ты первая! — Спасибо! Но я думала, что такие мастера работают исключительно по классическим сюжетам. — Конечно. А что, выходящий из зарослей тигр или летящий дракон — это не канонично? — Я про космический корабль. — Что? — вскричал парень, бросаясь к зеркалу, — Это ещё что? Вот старый хрыч! Удружил! И молодой человек разразился проклятиями, но глянув на часы, быстро переменил тему: — Чёрт! Опаздываю! Тебя до клуба подбросить? — Нет, — девушка на мгновение задумалась, — Подвези меня… до библиотеки. — Куда? — молодой преступник ошалело уставился на свою пассию. — Давно хотела вернуться в университет. И вот сейчас решила!