После звонка переходим с девчонками в другую аудиторию. Спускаемся на второй этаж, Катя не может успокоиться.
- Нет, ну это же надо такое насочинять! Не колледж, а улей с дикими пчелами.
- Кать, не возмущайся, это правда, - признаюсь я.
Жукова с Савицкой резко останавливаются и таращатся на меня офигевшими глазами.
- Ты с ним целовалась? – потрясенно выдает Надя.
- Ты же говорила только поболеть, в манеж! – удивленно вторит ей Катя.
- И в манеже была, и в кафе, и целовалась. Девочки, я не знаю, что происходит, но мне с ним нравится.
- Сабина! Ты с ума сошла? Это же Титов! Ты не боишься, что завезет куда-то и…
- Кать, я была у него в спальне, если бы хотел…
Почему-то, уже не страшно и не стыдно сказать прямо такие вещи. Мне безумно хочется обелить Матвея от нападок подруг.
- Ты меня сейчас убила наповал, - говорит Савицкая. – Что ты делала в его спальне?
- Стирала платье.
- Оу! Как все далеко зашло…
Туризм 4 курс выходят из аудитории, в которую направляемся мы. Многих уже знаю по кафе, они кивают, отвечаю под зачарованные взоры подруг. Среди толпы показывается Титов, он на ходу разговаривает по телефону.
- Да, на парковку подходи, сейчас подтянусь туда, - отбивает звонок.
Улавливает меня. Проходя мимо, почти не останавливаясь, свободной рукой притягивает меня за талию.
- Привет, - чмокает в губы и уходит, как ни в чем не бывало. Как будто мы каждый день так здороваемся.
Девчонки в шоке, я, если честно, тоже. Он, не стесняясь, дает понять всем, что у нас отношения? Не стесняется моего костюма, над которым измывался Антипов. Не прикалывается, не клеит, как тогда перед матчем. Просто целует, как свою…
Но мое приятное потрясение не долго греет душу. Звонарева с Илоной, уже пройдя мимо, раворачиваются и подходят ко мне возле двери аудитории.
Звонарева поворачивает меня к себе за плечо.
- Привет, тихоня. Не поделишься секретом, что он в тебе нашел? Может, у тебя между ног что-то особенное? И что ты сегодня так пресно одета? Выглядишь, как малоимущая училка.
Они ухмыляются, довольны собой. Вспыхиваю, не умею дерзить, не умею ставить на место. Так обидно сейчас, хоть бы не заплакать.
На помощь приходит Жукова.
- Может, это просто у тебя между ног все слишком заурядно? Не тянешь уже на звезду?
- Слышишь, мелкая, - включается Кузьмина, - за такие слова и по загривку можно отхватить.
- Одни так тоже думали, пока Титов не сбил им гонор. Да так, что вообще замолчали наглухо. Могу и ваш выпад ему подкинуть, хотите?
- Только рискни, - отвечает Звонарева, но уже без прежней уверенности в себе. Они ретируются, и мы проходим в кабинет.
- Сучки! – злится Катя.
- Спасибо, - выдыхаю я.
Она машет головой и садится за парту.
- Ну ты и вляпалась, Сабин!
На большой перемене меня задерживает преподаватель, девчонки сказали будут ждать меня в кофейне. Спускаюсь вниз и вижу входящего в здание Матвея. Пересекаемся посреди холла.
Он останавливается напротив, нависает надо мной.
- В субботу сможешь на день выбраться?
- На целый день?
- Угу.
- Вряд ли. Что я скажу? Стенгазета уже не пройдет.
- Да что угодно! На каток идете с группой, в музей, тебя что, учить нужно? А хотя да, ты у нас честный Заяц, тебя учить да учить…
- Я не знаю, что придумать, чтобы это выглядело правдоподобно.
- Придется и из этой задницы тебя вытаскивать. Сейчас в одно место со мной проедешься.
- У меня еще две пары, - в голове тут же выстреливает кипиш.
- Сабина, я знаю, что у тебя две пары и синдром послушной девочки. Но в жизни есть и более важные вещи, поверь. Предлагаю в этом убедиться лично.