- Ты не пошутила?
- Нет.
- Прости, а что у тебя тогда с Матвеем? Нет, можешь, конечно, не отвечать… Это я так, от шока ляпнула.
- Если ты о… То у нас ничего не было, - заливаюсь краской. И от этого еще хуже себя ощущаю.
- Хм, - короткий смешок девушки, больше похож на спонтанный. – Судя по тому насколько трудно тебе дается слово секс, я тебе верю. Только вот ты меня вогнала в полный ступор. Это как не про Мэта, не пойму, в чем подвох.
- Сама не пойму, - мы смотрим друг на друга несколько секунд, а потом прыскаем от смеха.
За несколько раз выносим все приготовленное из кухни на улицу, накрываем на стол. Парни выносят стулья, в это время приходят младшая сестра Паши и ее парень. Паша открывает бутылку красного вина, Владимир Николаевич срезает с туши первые пропеченные куски мяса, подает на стол и присоединяется к нам.
- Давайте за встречу! Давно в нашем доме молодняк не гулял. Говорю своим, вечеринку что ли, устройте. Внуков пока не хотят нам рожать, скоро костями от скуки заскрипим, - рассуждает он, закусывая.
В процессе разговоров выясняется, что это Матвей первым познакомился с Шаховым. Возле ночного клуба была драка, так получилось, что Титов гулял не со своей компанией. В этой потасовке они оказались по разные стороны. Кто-то из компании Титова пырнул Пашу ножом, а когда поняли, что дело приняло неожиданный поворот, все разбежались. А Титов остался, отвез Шахова в больницу и заплатил врачам, чтобы все сделали быстро и без шумихи. А потом Паша его нашел.
- И главное, я ж даже имя свое в больничке не назвал, а он меня нашел уже через неделю, - рассказывает, прожевывая, Матвей.
- Мент есть мент, - шутит Сергей.
- Я тогда только на втором курсе был, - отпирается Паша.
- Пашка, мент – это диагноз. Ты, бл*дь, уже количество выпитых мной глотков вина посчитал и думал, как мне вставить пистона, что я пьяный буду Катю домой везти. А потом, когда отходил, проверил, что машины возле двора нет и снял наблюдение. Фиг тебе, Паша, мы на такси приехали!
Все смеются. Разговоры становятся все более веселыми и раскрепощенными. У парней проскакивает мат, но взрослые реагируют нормально, снисходительно посмеиваются и получают удовольствие от общения.
Для меня все это так непривычно и странно. Не подозревала, что бывают такие родители, что бывает такое понимание между двумя такими разными поколениями. Получаю огромное наслаждение от всего, что происходит вокруг. А еще Матвей время от времени поглядывает на меня, видит мое довольное лицо и удовлетворенно улыбается. А у меня мурашки по коже от этой улыбки, красивее не существует.
Когда начинает смеркаться, Матвей захватывает со стола горсть кураги и предлагает отойти.
Проходим вглубь сада, он смотрит вверх по веткам деревьев.
- У нас тут белок этой зимой развелось хр*нова гора.
- Матвей! – возмущаюсь я. Слабо, тихо, но пытаюсь возмущаться.
- Что? – он выпивший, глаза блестят, видно, что его веселят мои потуги.
- Ну почему даже про белок с матом?
- Манюня, я ж испорченный и порочный, грязные мысли – грязные слова, - улыбается он.
- Ты хороший…
Он останавливается, замирает на мне взглядом, улыбка исчезает с его и выражение меняется на серьезное. Застываю в неловкой паузе.
- Это ты хорошая. Слишком хорошая для такого мудака, - он прислоняет меня к стволу большого старого дерева, прижимается ко мне всем телом, его голос становится тихим и хриплым. - Но ты будешь моей. Безоговорочно. Каждой клеточкой души... до последнего сантиметра тела, мыслями, сердцем... до помутнения сознания…
Перестаю дышать. Волна за волной накрывает, утрачиваю ощущение места и времени. Что это? Гипноз, магия? Неотрывно смотрю в черные, светящиеся огнем глаза, не могу оторваться ни на секунду. Он говорит, а я все это чувствую. Словно бессознательно обрабатываю информацию и складываю в нужные ячейки, чтобы потом беспрекословно следовать инструкциям. Я готова сейчас поклясться, что так и будет, как будто других вариантов во мне не заложено в тех самых заводских настройках, о которых он говорил.