Во-первых, я не знаю, какой здесь климат. Вдруг вскоре зарядят дожди или резко похолодает, или сезон ветров наступит? А еще нужна одежда. Моя уже напоминает обноски, а тряпки девочки и вовсе никогда на одежду похожи не были. Но и к людям идти страшно, как они нас встретят?
А вдруг и вовсе никого не найдем? Эта мысль неожиданно оказалась еще более страшной, чем встретить недоброжелателей.
- Чайфи, - с удовольствием жуя сваренный в морской воде плод, сообщила Шайлас. – Чайфи артиса ол дотира, - с набитым ртом добавила она, беря еще кусочек.
- На здоровье, - качнула головой, тоже беря кусочек. Тот факт, что я понемногу понимаю Шайлас, списала на интуицию и на то, что мы много времени проводим вместе.
Получилось вкусно. Сырым этот орех есть было невозможно, а вот отваренным он оказался очень даже съедобным. Немного волокнистый, довольно сильно напоминает вареное мясо. Если закрыть глаза и не принюхиваться, то можно спутать. Запах, конечно, выдает. Слишком яркий, фруктовый, забивающий рецепторы. Та часть, которая в сыром виде была влажной и вязкой, стала более плотной, словно свернувшийся белок.
С удовольствием вместе разделались с орехом. А вот запить нечем. У нас над домиком есть пресная вода, придется возвращаться, или идти искать ручей здесь. Сомневаюсь только, что близко к морю удастся найти еще один пресный водоем.
- Исит, - повернулась ко мне Шайлас.
- Эхре, - вырвалось против воли, само собой. Замерла, переваривая произошедшее. Шайлас же, кажется, и не заметила, что на ее «спасибо» услышала ответ на своем языке.
Казалось бы, после увиденного в небе дракона, уже ничто не должно меня удивлять или поражать, однако этой способности я не утратила. То, что я стала понимать отдельные слова и фразы Шайлас – просто прекрасно, но все же недостаточно для общения.
Зайка, как же нам научиться понимать друг друга, говорить на одном языке?
Пересела поближе к малышке, принимаясь вытряхивать песок у нее из волосиков.
- Зелёный, синий, бирюзовый,
Лиловый, нежно голубой...
И каждый раз оттенок новый
Таит в себе морской прибой. – Запела, глядя на морскую гладь.
- То тихий он, то беспокойный,
То мелко плещется волной,
То мирно дремлет в полдень знойный
Безбрежной изумрудной пеленой.
То чёрным омутом бурлящим
Стремится в бездну поглотить,
И в вихре ветра завывая,
Величием морским заворожить...
Не помню автора этих строк, даже не помню, откуда их знаю. Просто пришли в голову именно сейчас, когда смотрела на спокойную гладь моря. Шайлас задремала, не стала ее тревожить. Села поудобнее, набросила на нас одну из выстиранных тряпок, чтобы не обгореть на солнце и тоже прикрыла глаза.
Впервые с момента, как я оказалась в этом месте, я увидела сон. Яркий, красочный, невероятно реалистичный. А еще, похоже, это был сон Шайлас…
Глава 11
- Папа! Папа! – Шайлас бросилась к высокому мужчине в развевающихся одеждах. – Я так скучала! – заявила девочка подхватившему ее на руки мужчине.
Тот прижал малышку к себе, тяжело дыша от сдерживаемых эмоций. И что-то мне подсказывает, что эмоции эти совсем не радостные. Я видела гнев, раздражение, даже ярость.
Смотрела на разворачивающееся передо мной действо словно со стороны, никем не замеченная. Не сразу догадалась, что это сон. Не мой сон.
- Шайлас, ты говоришь? – удивленно выдавил он. – И подросла, - добавил, отодвинув девочку от себя. - Шайлас, где ты? – требовательно произнес мужчина, тряхнув малышку. - Покажи мне место, Шайлас! Где ты? – голос незнакомца звенел от едва сдерживаемых эмоций.
Девочка посмотрела на меня, в этот момент я словно видела ее глазами. Сгорбленная фигурка на песке, накрытая серой рваной тряпкой. Жалкая и убогая.