часов после высадки десанта.
Послеполуденное солнце освещает временный КП
(командный пункт) десантных кораблей. КП состоит из
обычной палатки и деревянной вышки с площадкой для
сигнальщика. У подножия вышки стоит знакомая
стереотруба на треноге. Она обращена к заштилевшему
морю. На горизонте отчетливо видны соседние острова.
Еще на рассвете здесь шел бой, следы его еще свежи
повсюду разбросаны стреляные гильзы, патронные пачки,
автоматные обоймы.
На пороге палатки расположились Столяров и Волчок.
Оба пишут положив на колени планшетки. Володя смотрит
в стереотрубу.
Загудел зуммер полевого телефона.
С т о л я р о в (взял трубку). "Русалка" слушает. Так точно - я. Слушаю вас, товарищ два-ноль-два. (Пауза.) Есть. Спасибо. И вас также. (Пауза.) Кто? Одноруков? Н-нет, не появлялся. Понятия не имею. Есть. Волчок? Здесь. Передаю трубку.
В о л ч о к (берет трубку, съежившись, но говорит даже преувеличенно бодро). Волчок слушает. Здравия желаю, товарищ два-ноль-два. Жалобы? На меня? Ничего не знаю. Как так - сбежал? Я не сбежал, а убыл. Почему в халате убыл? Кхм... В целях быстроты, товарищ два... Ранен? (Инстинктивно прячет за спину забинтованную руку.) Ничего подобного. Заверяю вас... Слово коммуниста? (Колебание.) Даю. Даю, но уточняю в том смысле, что, так сказать, царапина есть, а ранения, конечно, не было. Есть. Слушаюсь. (Положил трубку.) Ругается.
С т о л я р о в. Быстров! Передайте на корабли: "Операция по освобождению острова закончена. Командование высоко оценивает действия тральщиков, благодарит образцовую высадку десанта".
В о л о д я. Есть. (Взбирается на площадку и сигнализирует флагами.)
Появляется Бакланов. Он задумчив и мрачен. Молча
читает семафор. Затем подходит к палатке.
Б а к л а н о в. Отгремели пушки, заскрипели перья.
В о л ч о к. Это уж как водится.
Б а к л а н о в. Пошла писанина. (Расстилает куртку, садится.) Жарко. Не выходит у меня Маликов из головы. Такой скромняга парень... Сам погиб, а корабль спас. Герой - и слов других нет.
В о л ч о к. Тсс!
Е р ш о в а (подходит с корзиной в руках. Ее глаза распухли от слез). Товарищи офицеры, кушать желаете?
Б а к л а н о в. Омлет?
Е р ш о в а. Колбаса жареная.
Б а к л а н о в. Пойдет. Спасибо, Маруся.
Ершова ушла. Все трое жуют. Волчок и Столяров
продолжают работать.
С т о л я р о в. Молодцом держится.
В о л ч о к. Но - переживает.
Б а к л а н о в. Вот, братцы, любовь! Кончается уж совсем, а все глазами кругом ищет. И шепчет - Мария...
С т о л я р о в. А мы и не замечали даже.
В о л ч о к. Настоящая любовь шума не терпит.
Б а к л а н о в. Вот это верно.
В о л ч о к. Георгий Иванович, проверь, пожалуйста, высадку мы начали четыре пятьдесят две?
С т о л я р о в. Если вы не против точности - в четыре пятьдесят семь.
Б а к л а н о в. Егор, ты с какого года женатый?
С т о л я р о в. С тридцать восьмого.
Б а к л а н о в. Давно уж.
С т о л я р о в. Да еще до свадьбы два года вокруг да около ходил.
Б а к л а н о в. Два года! И о чем же вы между собой толковали?
С т о л я р о в. Ты лучше спроси, о чем мы не толковали.
Б а к л а н о в. Стихи, наверно, читал?
С т о л я р о в. Даже сам писать пробовал.
Б а к л а н о в. Ну и как?
С т о л я р о в (сдержанно). Для печати не подошли. Жене - нравятся.
В о л ч о к. Минуточку. Как лучше сказать: "прямым попаданием снаряда" или "в результате прямого попадания"?
Б а к л а н о в. Один черт. И так и этак пробоина.
С т о л я р о в. Веревкина надо отметить. Отлично действовал.
Б а к л а н о в. Пиши как знаешь. Видеть я его не могу.
В о л ч о к. Почему?
Б а к л а н о в. Так. Большую я из-за него промашку в жизни сделал.
В о л ч о к. А что такое?
Б а к л а н о в. Петуха пустил. И всю песню испортил.
С т о л я р о в. Туманно.
Б а к л а н о в. А тебе все на свете ясно?
В о л ч о к. Задумался комдив.
Б а к л а н о в. А я как, по-вашему, не задумываясь живу?
С т о л я р о в. Не пойму, что ты на людей кидаешься. Чем ты не доволен?
Б а к л а н о в. Собой. Можешь ты это понять? Что? Удивительно?
Где-то рядом затормозил "виллис".
С т о л я р о в. Два-ноль-два приехал.
Б а к л а н о в. Ну, держись, Максим. (Идет навстречу Радужному.) Смирно!
Р а д у ж н ы й. Вольно, вольно... Здравствуйте. Как здоровье, товарищ Волчок?
В о л ч о к. Спасибо, товарищ капитан первого ранга.
Р а д у ж н ы й. Ответ, что и говорить, дипломатический. (Протягивает руку.) Ты разве левша? Вот не знал. (Бакланову.) Раненых доставили?
Б а к л а н о в. Каких раненых, товарищ капитан первого ранга?
Р а д у ж н ы й. На отправку в госпиталь. Не доставили? (Взглянул на часы и разъярился.) Ну, всё. Кончилось мое долготерпение. Пусть эта баба прощается с погонами. Не пощажу.
Б а к л а н о в. Какая баба, товарищ капитан первого ранга?
Р а д у ж н ы й. Твой друг сердечный. Одноруков, индюк, чтоб его черти съели. (Заметив, что Бакланов вздохнул с облегчением.) Ты-то чего перепугался?
Б а к л а н о в. Нет, я ничего.
Р а д у ж н ы й. Как так ничего - побледнел даже. (Подумал.) Как появится - гони его ко мне на расправу, а раненых срочно грузи на свою посуду...
Б а к л а н о в. Товарищ капи...
Р а д у ж н ы й. Молчи, знаю. Ты слушай, что тебе говорят. На один корабль погрузишь, остальные держи в готовности. Собери-ка пока командиров.
Б а к л а н о в. Есть! (Володе.) Эй, юнга! Пиши на корабли: "Всем командирам срочно явиться к комдиву".
В о л о д я (с вышки). Есть!
Р а д у ж н ы й (осмотрелся). Не расстаешься с трубой своей? Пойдем, покажешь. (Двинулся к трубе, сопровождаемый Баклановым.) У меня для тебя новость.
Б а к л а н о в. Хорошая?
Р а д у ж н ы й. Зависит от взгляда. Умному - радость, дурню - слезы.
Б а к л а н о в. Так. Кто же я, по-вашему?
Р а д у ж н ы й. А вот сейчас видеть будем. (Вскарабкался с помощью Бакланова на возвышение, мельком взглянул в окуляры.) Ага! Растревожили муравейник. Ты подумай только. Давно ли ты на этот островишко только в окуляры поглядывал, а нынче вот - обеими ногами топчешь. А завтра перетащишь свою трубу вон на ту высотку, и опять перед тобой горизонт подвинется. Вот так и вся жизнь наша...
Б а к л а н о в. Идея ясна. Режьте сразу.
Р а д у ж н ы й. Сдавай Столярову дивизион. Учиться поедешь.
Б а к л а н о в (после паузы). Что так вдруг?
Р а д у ж н ы й. Вот именно, что не вдруг. Еще третьего дня думал, что не к спеху, а вчера поглядел на тебя и встревожился. Подумал, посоветовался с умными людьми и решил, что ехать тебе самое время.
Б а к л а н о в. Не поеду.
Р а д у ж н ы й. Это еще почему?
Б а к л а н о в. Поздновато мне за парту садиться. Четвертый десяток живу.
Р а д у ж н ы й. А я шестой. Учусь, однако. Ишь ты, поздновато! Что ж ты, когда звания получал, не спорил? Не говорил, что рановато? (Ткнул пальцем в украшенный золотым ободком козырек баклановской фуражки.) Это тебе аванс выдан. Проживешь - чем жить будешь?
Бакланов молчит.
Рассказать? Сперва хвастаться начнешь. Потом загрустишь и попивать станешь. Потом виноватых искать. Всех переберешь, а про себя забудешь. Потом жаловаться: измельчал-де народ, в наше время лучше было... Видел я таких, картина знакомая.
Б а к л а н о в. И довоевать не даете? Я четыре года по минам хожу, на мне живого места нет, так я одного дня в тылу не был, часа лишнего в госпитале не лежал. А теперь, победа близко - в тыл? Несправедливо.
Р а д у ж н ы й. Ничего, ничего. А повоевать мы с тобой еще успеем.