Накрыв ее покрывалом, он вышел из комнаты, направляясь в свою комнату, он снял пиджак и расстегнул рубашку. Ему нужен был холодный душ, что бы успокоиться.
Простояв под душем минут тридцать, его жар не отступил, а стал еще хуже. В сознание всплывала спящая красавица за стенкой. Которая была чертовски хороша.
- Она замужем. Она замужем. Она не может быть моей, – повторял он, как манту. – И как мне приказать себе забыть о ней.
Выйдя из душа, он надел спортивный костюм, решив, что небольшая порция свежего воздуха ему не помешает. Обойдя задний двор несколько раз, он вернулся домой. Подойдя к двери, где спала Кейт, он ее приоткрыл, что бы посмотреть на нее перед сном.
Лежа в своей кровати в одних штанах, он немного задремал. Но не успел он полностью окунуться в мир снов, как в соседней комнате услышал грохот и легкий крик. Вбежав в комнату, где спала Кейт, он увидел, что она сидит на полу.
- Я с пяти лет не падала с кровати, – улыбаясь сказа Кейт, все еще сидя на полу. – Я тебя разбудила? Прости!
- Я еще не спал, – ответил он, помогая ей подняться.
Его рука медленно поднялась и застыла на ее щеке, лицо мгновенно изменило выражение. Взяв лицо Кейт в ладони, Джон медленно наклонился, поцеловал в губы, их дыхание сплелись. Его губы были мягкими, сладкими и теплыми. Он прижал ее к груди, положил ее руки на свои плечи и крепко сжал в объятиях.
Мир кружился вокруг них в бешеном вихре. Поцелуй становился все более жадным, настойчивым. Кейт сильнее прижалась к нему, будто ища прибежища в бурю. Джон казался несокрушимым, как скала.
Внутренний голос, ее подсознания просил остановиться – но она заставила его замолчать, и отдалась поцелую всем телом, горевшим от страсти. Негромко рыкнув, Джон поднял ее на руки и осторожно положил на постель. Ей было страшно, ее трясло.
- Тебе лучше с распушенными волосами, – он запустил руку в ее волосы и снял заколки. Затем наклонился и нежно поцеловал. Раздвигая ее губы языком, всем весом прижимая ее к кровати. – Я хочу тебя.
- Я тоже, – ее голос звучал безрассудно и тихо. Она посмотрела в его глаза, но ответный взгляд лишал сил дышать.
Его руки гладили ее тело – легкие как шепот, и горячие как ветер пустыни. Затем его ладони накрыли ее грудь, сладко нывшую под тонкой тканью платья. Он быстро и не заметно развязал вязки на шее, заставив вспомнить о ее неопытности. В следующее мгновение он приподнял ее – и верхняя часть платья исчезла, оголив обнаженную грудь.
- Ты прекрасна… – прошептал он. – Я схожу с ума… – Не отводя от нее взгляда, он стянул брюки с мускулистых бедер.
Она прошептала что-то нечленораздельное. Секс с мужем был при полной тьме, не было прелюдия. Поэтому Кейт, впервые в жизни видела обнаженного мужчину, вспыхнув, она отвела глаза. Но поймав взгляд Джона, она решилась внимательно его рассмотреть.
Он стоял спокойно, не стесняясь, давая время привыкнуть. Он был широкоплеч, легкая прорость темных волосков в форме треугольника тянулась от сосков и мускулистой груди к плоскому, подтянутому животу. У него были мощные ноги. Мускулистые, огромные бедра, равно как и то, что таилось между ними, было всяких похвал.
Джон опустился рядом с Кейт на кровать.
- Что случилось? – тихо спросил он. – Если бы ты не была замужем, я бы подумал, что ты еще девственница.
- Мы редко занимались сексом, – неловко сказала она, пытаясь прикрыться от его взгляда. – А когда был, то мы были в полной темноте.
Нагнувшись, он поцеловал ее в живот. Она вздрогнула, ощутив его мягкие губы, шершавый подбородок и легкое прикосновение языка к пупу. Затем он вновь поднял на нее взгляд.
Я не знаю, – сказал он, хриплым голосом. – Каким нужно быть идиотом, чтобы не видеть такую красоту.
Его губы ее целовали, а руки гладили по всему телу, освобождая от остатков одежды. Теперь платье и трусики лежали на полу, возле кровати. Он целовал ее, легонько касаясь губами трепещущей шеи и ключиц. Его ладонь коснулась ее груди, и легко сжал ее, медленно он потянулся губами к ноющему от напряжения соску, но в последнее мгновение он остановился.
- Ты будешь жалеть? – спросил Джон, касаясь губами ее соска, и она задрожала, от наслаждения и желания.
- Нет! – шепнула она, потянувшись к нему. – Никогда!
Его горячий язык настойчиво ласкал ее сосок, извиваясь под тяжестью его тела. Затем он втянул сосок глубже в рот, прикусив его зубами. От возбуждения грудь налилась тяжестью и закаменела, она чувствовала, как его бедра трутся об нее. Он перешел ко второй груди. Потеребив сосок кончиком языка, он втянул его в рот и начал сосать. Она чувствовала его твердую плоть между своих ног.