Кристиан первый отрывается от меня и смотрит поистине любящим взглядом, от которого хочется взлететь ввысь.
-Я так рад, что ты призналась, - шепчет он. – Даже думал, что ты так и не ответишь мне, думал, что ты разлюбила меня за то, что я сделал с тобой.
-Не надо, - закрываю ему рот пальцами. – Я и не переставала любить, знаешь. Любовь была спрятана глубоко в сердце, и я думала, что больше никогда не позволю ей выйти снова. Но с твоим появлением она снова пробудилась и распахнула сама моё сердце навстречу тебе.
В его глазах блестят слёзы, как и в моих, и я решаю сказать ему, что теперь нас трое.
-И я должна тебе кое-что сказать, что-то очень важное, - моё сердце замирает. – Я беременна.
Глава 21
Между нами повисает молчание, от которого становится сильно неуютно.
А я не могу даже вообразить его реакции. Может, он даже уйдёт и исчезнет. Ведь мы даже не женаты. Да и с отношениями у нас проблемы.
На его лице отражается гамма эмоций, которые нельзя передать словами. Он резко встаёт с кровати и выходит из палаты, а я остаюсь на месте и начинаю рыдать, уткнувшись лицом в ладони.
Всё, как и ожидалось.
***
Не знаю, сколько времени уже проходит, а я лежу на кровати и обнимаю живот, пытаясь поговорить с малышом.
-Не бойся, - шепчу я, а слёзы не перестают течь из глаз. Я так устала плакать. – Мы справимся, вот увидишь. Будем только ты и я. И не нужен нам никакой Кристиан, правда? – От последних слов начинаю задыхаться, поток слёз уже, наверное, намочил всю подушку.
Не замечаю, как сон забирает меня в своё царство с мечтами, где мы с Кристианом ведём за ручки нашего смеющегося малыша.
***
Я резко встаю, а кошмар не спешит уходить, цепляясь за меня своими острыми когтями. Истерика уже поджидает меня, и я начинаю задыхаться от наплыва эмоций.
-Нет, пожалуйста, не уходи, - кричу в темноте палаты.
Ко мне кто-то приближается и заключает в крепкие объятия.
-Всё хорошо, малышка. Я рядом, я не уйду, - шепчет мужской голос, убаюкивая меня.
Не сразу понимаю, что это Кристиан.
-Кристиан? Ты же ушёл? – не могу поверить, что это он. Может быть, это опять сон?
-Я уходил, чтобы осыпать твою палату цветами, – не отпуская меня, он включает светильник, и передо мной предстаёт преобразившаяся больничная палата. Везде – цветы разных сортов и мастей. Боже мой. – Если ты думала, что я оставлю тебя, то ты жестоко ошибалась. Я люблю тебя и люблю нашего малыша. Конечно, это немного неожиданно, но я уже привык. Всегда хотел, чтобы ты была беременна от меня. И я знаю, что ты чуть не потеряла малыша, разговаривал с доктором. Я так благодарен им, что они спасли нашего ребёнка.
И тут меня прорывает, и я всерьёз начинаю рыдать.
-Тшш, успокойся, прошу. Мысль о том, что ты подумала, что я ушёл от тебя, всерьёз ранит моё сердце. Мне больно смотреть, как ты плачешь, – он перестает обнимать меня и дарит поцелуй, от которого щемит в сердце. – Но есть один плюс: твои губы становятся такими мягкими.
Поцелуй углубляется, и мне становится жарко, я хочу его прямо здесь и сейчас.
-Кристиан, ты, когда-нибудь убьёшь меня своими выходками, но сейчас я ещё сильнее влюбилась в тебя, чем раньше.
Поцелуй возобновляется с новой силой, и я начинаю расстёгивать его белоснежную рубашку.
-Стой, - шепчет он. – Тебе нельзя пока заниматься сексом, - в его голосе просыпаются беспокойные нотки.
-Но я так хочу тебя, - сил терпеть нет, а ещё беременность в несколько раз повышает жажду Кристианом.
-Я тоже, - проговаривает хрипло он, и я замечаю, что он возбужден не меньше, чем я. – Но безопасность малыша и тебя для меня важнее, чем секс. Стоит потерпеть, хотя… - с этими словами он устраивается между моими бёдрами и поднимает сорочку, оголяя моё тело.
Его руки находят мою грудь, ставшую мега чувствительной и увеличившейся в размере.
Из меня вырывается непроизвольный стон, полный желания. Кристиан припадает к груди губами, целуя, лаская и покусывая.
-Ммм, малышка, ты всегда умеешь удивлять, – вторая его рука опускается к низу живота. – Но тебе стоит быть потише, а то прибежит медсестра и выгонит меня отсюда, а я этого не хочу. – Признаюсь, твоя грудь стала ещё сексуальнее, - шепчет он, и его слова на меня действуют также, как и его прикосновения.