– А где здесь водонагреватель?
– У нас один общий. Прости, не подумала. – Я возвращаюсь в комнату, однако Тедди продолжает топтаться на месте. Оказывается, вампиры тоже нуждаются в приглашении. – Хм… Проходи.
Тедди проходит в комнату и неторопливо оглядывается по сторонам:
– Мне нравятся твои обои. Это ведь дизайн Уильяма Морриса. Так?
А Тедди и впрямь разбирается в дизайне.
– Да. Называется «Терновник». Обои я сама клеила.
Целый год я покупала по рулону обоев с каждой зарплаты. Сильвия хихикала над моей причудой декорировать то, что даже не является моей собственностью. Я окружила себя этим покрытым цветами темным лесом и нисколько не жалею, что именно так и сделала. Особенно сейчас.
Тедди достает телефон и начинает фотографировать детали рисунка на обоях.
– Это напоминает мне форзац детских сказок. – Он гладит оклеенную обоями стену, и, могу поклясться, я чувствую его руку у себя на спине. – Отличная работа, Рути! Ты прекрасно состыковала рисунок.
Его пальцы с наколкой «ДАЙ» нашли стык между кусками обоев и скользнули по нему вверх. И в ответ сокровенные части моего тела сразу напряглись. Похоже, Тедди живее реагирует на обои, чем на меня.
– Спасибо. А ты любишь цветы?
– Парни в тату-студии меня обсирали, но я реально балдею от цветов. Люблю набивать их на клиентах. – Он театрально вздыхает. – А можно мне набить себе твои стены?
Интересно, каково это выпаливать, не думая, любую гадость, что придет в голову? Дрожащим от разочарования голосом я с трудом парирую:
– Флаг тебе в руки.
Тедди ошибочно принимает мой тон за осуждающий.
– Прости. Я вечно говорю тебе всякие глупости. – Но все, проехали. Тедди уже в кладовке. – Так и знал, что у тебя есть этикет-пистолет. Итак, что я здесь ищу? Что-то, чего я не вижу.
– Водонагреватель.
– Где?
Это допотопный металлический цилиндр, выше меня, занимающий половину пространства. Я поворачиваюсь к Тедди проверить, действительно ли он такой ненаблюдательный, и вижу, что его глаза искрятся весельем.
– Ой, а вот и он! Рути, а почему ты не наклеила на него ярлык?
Обожаю шутки в свой адрес.
– Сзади есть такой большой рычаг. Я держу его…
Я не успеваю закончить фразу, так как Тедди опускается на колени, шарит рукой за цилиндром и говорит:
– Есть.
– А… Трудно было повернуть?
– Не-а. – Тедди снова на ногах, вытирает ладонь о колено.
Должно быть, хорошо иметь такие сильные мускулистые руки.
– Ну вот. Теперь можешь принять горячую ванну.
– Ванну, – повторяет за мной Тедди, обводя глазами мою ванную комнату, где из крана льются галлоны нашей общей воды.
Надо же сморозить такую глупость! Разве мужчины принимают ванну?
Но тут Тедди говорит:
– Никогда об этом не думал. Может, я и попробую принять ванну.
Я вхожу и выключаю кран:
– Постараюсь не использовать всю воду.
– Не меняй из-за меня заведенный порядок, – бросает он мне в спину.
Забавно, но именно это я говорила себе как раз перед появлением Тедди. Он облокачивается на дверную раму и задумчиво трет лицо:
– Я бы все отдал за возможность жить по заведенному порядку.
– Насколько я понимаю, в последнее время ты вел довольно-таки спонтанную жизнь.
– Элегантное описание. Спонтанную. – Тедди мнется, но все же решает мне довериться. – Скажи, в детстве у тебя было точное время отбоя? А строгие родители? – (Я киваю.) – Я тоже хочу этикет-пистолет, но, боюсь, мне уже поздно.
– Ничуть не поздно. – Я хочу, чтобы он снова улыбнулся. – И я могу назначить время отбоя, если тебе так будет легче.
Тедди поворачивается ко мне, затем отворачивается, инвентаризируя ванную комнату.
И снова поворачивается.
Неужели так странно видеть меня вне контекста офиса? В глазах Тедди пляшут озорные искорки, черные волосы окутывают его плащом, и мне приходят на ум старинные изображения дьявола. Что бы сказали мои родители, если бы увидели, что я нахожусь в одной комнате с таким мужчиной? Наверняка прочли бы молитву.
По идее, я должна быть испугана. Но это не так.
– Значит, сестры Парлони взяли тебя на работу.
– Да, взяли.
– А какую рубашку ты купил?
– Я отправился в благотворительный магазин на Мартин-стрит и нашел там винтажную блузку. Я решил, что это детская рубашка. Похоже, ее размера. Правда, она была кремового цвета, поэтому я не был уверен, что подойдет. Я даже хотел сжульничать и позвонить тебе. – Он ухмыляется, и меня бросает в пот. Свечи так ярко пылают. Он добавляет бархатным голосом: – Могу я получить номер твоего телефона?
Только новичок может совершить столь грубую ошибку, дав номер своего телефона помощнику сестер Парлони.