- Танис, пожалуйста! - Лорана повернулась к Гилу. - Каким образом эта мысль, мапет, то есть сын, пришла тебе в голову?
- Я получил приглашение, очень красивое, очень любезное и вполне подобающее моему положению эльфийского принца.
Отец и мать встревоженно переглянулись. Гил проигнорировал их тревогу и продолжал:
- Это приглашение от одного из сенаторов Талас-Энтиа. Народ собирается устроить некий праздник по случаю возвращения дяди Портиоса из Сильванести, и этот сенатор считает, что мне необходимо присутствовать. Он говорит, что мой отказ по формальной причине, вроде этой, будет замечен. Начнутся разговоры, что я стыжусь своего эльфийского происхождения.
- Как они посмели сделать это? - сказал Танис, едва сдерживаясь. Какое право они имеют вмешиваться? Кто этот сенатор? Встрявший осел! Я...
- Танталас, послушай. - Лорана называла его полным эльфийским именем только в очень серьезных ситуациях. - Тут есть кое-что еще...
Она подошла к нему, и они тихо заговорили между собой.
Шепчутся. Всегда шепчутся. Гил старался выглядеть равнодушным, но внимательно прислушивался к их разговору. Впрочем, кроме слов "политический" и "действуй осторожно", ничего не разобрал.
- Это касается только меня, отец, - внезапно подал голос Гил. - Вы не приглашены.
- Не разговаривай со мной в таком тоне, молодой человек!
- Гил, дорогой, это слишком серьезное дело, - умиротворяющим голосом проговорила Лорана и успокаивающе положила руку на руку мужа. Гил, когда ты получил это приглашение?
- День или два назад, когда вы оба были в Палантасе. Если бы вы были дома, то знали бы об этом.
Танис и Лорана снова переглянулись.
- Было бы неплохо, если бы ты сообщил об этом пораньше. И как ты ответил?
Мать явно нервничала, ее руки дрожали. Отец был разъярен, но хранил молчание. Ему приходилось его хранить.
Гил впервые в жизни чувствовал, что владеет собой. Это было хорошее ощущение, как будто ослабел узел, затянутый в его животе.
- Я не ответил ничего, - холодно сказал он. - Я понимаю, тут политика. Я ждал случая, чтобы обсудить это с вами.
Он наслаждался, наблюдая за пристыженными родителями. Они опять недооценили его!
- Ты сделал правильно, сын. Я извиняюсь перед тобой. Мы неверно оценили твое поведение. - Танис вздохнул и расстроенно поскреб заросший бородой подбородок. - Более того, я готов извиниться за то, что ты оказался вовлеченным в это дело. Пожалуй, мне следовало предусмотреть такую возможность!..
- Нам обоим следовало! - добавила Лорана. - И следовало подготовить тебя к такой возможности, сынок.
Ее голос сорвался. Она снова обратилась к Танису.
- Подобные мысли никогда не приходили мне в голову. В конце концов, он частично человек. Я и подумать не могла, что они станут...
- А почему бы и нет? Я не сомневаюсь, что потом они...
- Что? - громко спросил Гил. - Что они потом? Казалось, Танис пропустил его вопрос мимо ушей, чтобы закончить разговор с Лораной.
- Я надеюсь, что он сможет справиться с этим и ему не придется проходить через все то, через что пришлось пройти нам. Но если я скажу ему хоть что-нибудь об этом, он не сделает даже попытки справиться.
Танис повернулся к Гилу:
- Принеси приглашение, сын. Мама приготовит подобающий случаю отказ.
- Решение созрело, - проговорил Гил, переводя взгляд с матери на отца. - Вы не собираетесь меня никуда отпускать!
- Сын, ты не понимаешь. - Характер Таниса наконец взыграл, и он тоже завелся.
- Это ты очень верно подметил, что я не понимаю! Я... - Гил остановился.
Конечно, вспылить было очень легко, его просто понесло. Но он не собирался так просто сдать с трудом завоеванные позиции. Он не позволит себе взорваться.
И он оборвал себя на половине фразы, чуть было не наговорив глупостей. И то, что он так внезапно остановился, тоже выглядит подозрительно. Они могут догадаться. Как бы исправить все эти оплошности?
Дипломатично. Этому он имел возможность обучиться у матери.
- Извини за резкость, отец, - сказал виновато Гил. - Я понимаю, тобой движут только мои интересы. Это просто неразумно с моей стороны требовать отправиться... навестить родину матери.
- Когда-нибудь это непременно произойдет, сынок, - промолвил Танис, скребя в бороде. - Когда повзрослеешь...
- Конечно. Если вы на меня не слишком сердитесь, я пойду к себе, позанимаюсь. - И Гил с независимым видом вышел из комнаты, притворив за собой двери.
Замерев у закрытых дверей, он прислушался.
- Ну вот оно и пришло, - говорила мать, - и мы узнали об этом. Это совершенно правильно, что он хочет поехать.
- Да, и ты представь себе, что он почувствует, увидев полные ненависти взгляды, искривленные в ярости губы, услыхав утонченные оскорбления...
- Но, возможно, этого и не произойдет, Танис. Эльфы изменились.
- Изменились ли, любимая моя? - печально отозвался Танис. - В самом деле изменились?
Лорана не отвечала, по крайней мере ее ответа не было слышно.
Гил заколебался в своем решении. Они, похоже, просто хотят его защитить.
Защитить его! Да, как Карамон хотел защитить Палина. Палин хотел выдержать Испытание - и справился. И он хотел доказать, чего стоит, доказать им обоим!
Утвердившись в своем решении, он, прыгая через две ступеньки, сбежал вниз. Оказавшись у себя, он запер двери и вытащил приглашение из потайного места, где его прятал. Гил пробежал по приглашению глазами, отыскивая нужное место. Наконец оно нашлось.
"...Я буду ожидать тебя в гостинице "Черный Лебедь", находящейся примерно в дне езды от дома твоих родителей. Если ты изволишь встретиться со мной в указанном месте, путешествие до Квалинести мы можем совершить вдвоем. Прими мои искреннейшие уверения в том, что мне крайне лестно сопровождать тебя, принц Гилтас, на этом пути. Особенную же радость мне принесет возможность представить тебя в самых высоких кругах эльфийского общества.
Твой преданный слуга Рашас из рода Аронтулас".
Это имя ничего не говорило Гилу, но оно и не было для него важно. Он уронил приглашение и пристально посмотрел на виднеющийся из окна затянутый туманной дымкой путь, ведущий на юг.
Ведущий к "Черному Лебедю".
Глава 4
Завернувшись в плащ, Танис Полуэльф лежал на твердой холодной земле. Он крепко, мирно спал. Но рука Карамона легла на его плечо и решительно затрясла: "Танис, ты нужен нам! Танис, вставай!"
Уходя, уворачиваясь от его цепких пальцев, сворачиваясь в комок, Танис умолял: "Я не хочу вставать. Я устал от всего этого, ужасно устал. Почему вы не хотите оставить меня в покое? Дайте поспать..."
- Танис!
Вздрогнув, он проснулся. Он проспал дольше обычного. Но сон не принес ему отдыха - он проснулся с тяжестью в голове и в теле. Открыв глаза, он почти не сомневался, что увидит Карамона.
Но увидел Лорану.
- Гил ушел, - сказала она.
Танис потряс головой, отгоняя сон и тяжесть.
- Ушел? - тупо повторил он. - Куда ушел?
- Я точно не знаю, но думаю... - Ее голос сорвался. Она молча протянула Танису золотистый лист бумаги.
Протерев глаза, Танис переместил непослушное тело в сидячее положение. Лорана скользнула на кровать рядом с ним и обвила рукой его плечи. Он читал приглашение.
- Где ты нашла это?
- В... в его комнате. Я, конечно, не рылась в его вещах, просто... Он просто не спустился к завтраку, и я подумала, не заболел ли он. И пошла проверить.
Ее голова поникла, по щекам покатились слезы.
- Он не спал в своей постели. Его одежды нет на месте. И это... это... было на полу... у окна.
Она не выдержала. После недолгой молчаливой борьбы она вновь овладела собой.
- Тогда я пошла на конюшню. Его лошадь исчезла тоже. Конюх ничего не видел и не слышал...
- Старый Хастингс глух как тетерев. Он может не услышать грохота Катаклизма. Карамон пытался предупредить меня, что это может произойти, а я не понял.
Танис вздохнул. Подсознание его все услышало. Это и обозначал его сон. "Дайте мне поспать..."