- Я провожу тебя, - сказал торговец.
- Как хочешь, Давид. Только я все равно не останусь с тобой.
- Знаешь, у меня есть лавка и дом в Дамаске, в верхнем городе. Ее легко отыскать, если ты передумаешь.
- Значит, у тебя есть дела и в Антиохии, и в Дамаске? - двусмысленно хмыкнул Неффалим. - А я и не знал.
- Ты многого не знаешь. Останься.
- Мне нужно в Назарет!
Упрямство Неффалима вызывало уважение, но при этом и гнев. Да разве же можно быть таким уверенным в себе! Ничего. Со временем мальчишка забудет свою безумную историю и обязательно передумает. Торговец думал, что мальчик выдумал эту фантастическую сказку только для того, чтобы сбежать от варвара. Ну, что ж, теперь он свободен, и Давид не понимал, почему Неффалим продолжает врать. Ведь ему сейчас уже ничего не угрожает! Но, так или иначе, Давид нашел им обоим караван, и через три месяца пути Неффалим, наконец, прибыл в Иудею.
Глава третья. Язык Мира
Иудея...
Родина встретила Неффалима непривычными для весеннего месяца ийара грозами. Неффалим полной грудью вдыхал теплый влажный воздух, его глаза слезились от радости. Совершенно особенное, абсолютное, обволакивающее чувство тихого ликования овладело всем его существом. Ему казалось, что даже травы, даже деревья и само небо - все здесь было роднее, так будто весь этот мир - уже его дом. Неффалим спешился с верблюда и пошел с ним рядом. Ему казалось, что сама душа земли заструилась по его телу, едва его ноги коснулись влажного грунта. Так сладостно было, легко. Казалось, что он не шел - летел. И так хотелось, чтобы это длилось вечно.
Наконец, Неффалим поверил в существование Рая. И пусть никто не понимает этого, пусть никто из окружающих его мертвецов не осознает собственной кончины. И в мире мертвых свой Рай нужно заслужить, осознать, в чем он заключается, и идти к нему, и искать, несмотря ни на что.
По пути из Иерусалима в Назарет Неффалим узнавал каждый камень, каждый колодец, каждое дерево. И купался в воспоминаниях. Его не смущали ни дожди, ни темное низкое небо, ни голод. Неффалим даже на сон тратил минимум времени, по-детски опасаясь, что, проснувшись, родины и этого неземного счастья больше не будет.
К Назарету он подошел на рассвете, и остановился на холме. От увиденного у него перехватило дыхание. Неффалим стоял и смотрел, как лучи восходящего солнца червонным золотом одевают белоснежные стены города, в котором он провел всю свою жизнь. А потом, словно очнувшись, он побежал. Он полетел к своей заветной мечте, к своему счастью. И не стеснялся этого своего порыва, ибо готов был пригласить в свидетели своего триумфа и небо, и землю - самого Создателя.
Свое счастье, ликование, свет Неффалим мог сравнить лишь с безграничной любовью, которую почувствовал, когда Сарра впервые дала ему подержать на руках их первое дитя. И это чудо, это диво Божье повторялось, оно было бесконечным, как радость уже его детей, которые брали в руки своих детей. Замкнутая вселенная счастья. В этом - Бог. В этом - любовь.
Неффалим летел.
Он бежал по родным улицам оживавшего города. К себе, домой, к Сарре, которая уже, наверное, тоже проснулась и сейчас расчесывает свои длинные волосы, поджидая Неффалима. О, что значат эти годы разлуки! Она его точно ждет. Она его чувствует, как и он чувствует ее. Вместе навсегда!
Неффалим остановился у двери своего дома. Он слегка запыхался и вспотел, но он улыбался. Сейчас! Вот прямо сейчас он постучится в дверь, и она спросит его, кто пришел. А он промолчит, и она сама откроет дверь. И увидит его, Неффалима! И заплачет от радости! И упадет в его объятья. Все хорошо. Все хорошо. Я здесь. Или не так. Нужно самому открыть дверь и...
Неффалим что есть силы толкнул дверь плечом.
- Сарра!
Тишина...
- Сарра! Любимая...
Тишина.
- Я... пришел...
Неффалим с отчаянием оглядел свой дом. Ничего в нем не изменилось за все эти годы. Дом не выглядел запущенным, значит, в нем живут. Может быть, Сарра вышла к фонтану за водой? О, наверное, это так. Господи, ну как же он мог забыть про фонтан! Это же традиция... Да, действительно... Фонтан...
- Ты кто такой?
Голос раздался за спиной Неффалима, и он от неожиданности вздрогнул. Он резко обернулся и увидел стоящего в дверном проеме человека. Высокий, могучий, с рыжеватой бородой мужчина держал в руках деревянную бадью со свежей глиной. Солнце светило прямо в лицо Неффалиму, поэтому он никак не мог разглядеть его, но голос... Да, этот голос... Он был таким знакомым. Смутно... Смутно... А что в его доме делает мужчина?