По дороге домой Неффалим много думал о том, что ему пришлось пережить. Он думал о том, что некоторым людям, которые посвящают себя изучению философии или естествознания, за свою короткую земную жизнь удается найти нужные ответы на все вопросы. Их подгоняет время, они ограничены в своих возможностях, поэтому торопятся жить. Он же обладает неограниченным запасом этого времени, и поэтому, возможно, тратит его необдуманно и понапрасну. Люди выбирают себе жизненный курс и следуют потом ему всю жизнь. Как корабль, на котором он плывет сейчас из Остии в Тир. Ничто не сможет сбить его с курса. Ничто и никто, кроме Бога, не может помешать ему дойти до нужной гавани. Сквозь бури и по спокойной погоде, при попутном ветре и супротив ветра, когда за дело берутся гребцы - ничто не остановит этот корабль, потому что он идет заданным курсом. Неффалим же мог позволить себе выбирать неограниченное количество портов и гаваней. Он мог успеть сделать все, что пожелает. А он не знал, чего ему желать. И в каком порту его могла ожидать награда. В какой гавани он, наконец, сможет обрести покой.
Неффалим знал одно: ему следует продолжать поиски. Сколько бы времени это ни заняло. Это путешествие должно даже оказаться интересным, если не будет омрачено различными неприятностями, которые, например, могут привнести в жизнь бедность или болезни. Неффалим подумал, что ему будет гораздо комфортнее проживать свою вечность, если он обеспечит себя деньгами и пристойным положением в обществе. Поэтому Неффалим решил по приезде в Дамаск немедленно заняться оформлением римского гражданства. Его деньги давали возможность купить себе гражданство, не продаваясь в рабство, хотя многие люди в то время поступали именно так. Иногда жизнь римского гражданина-раба была более предпочтительной, чем жизнь свободного негражданина. С какой бы ненавистью Неффалим не относился к римлянам, все это осталось где-то в далеком прошлом. Судьба Иудеи более не тревожила его, так как он перестал ощущать себя в полной мере евреем. И даже рассказы его приятеля-друида о жестокой травле римлянами жреческой культуры, не могли заставить его сердце усомниться в правильности выбора. Он сам перестал был носителем какой-либо культуры, ибо мог впитать в себя все культуры, все языки и традиции, став средоточием всех цивилизаций.
По возвращении в Дамаск Неффалим немедленно принялся за реорганизацию дел. Его дети, знавшие Неффалима, как владельца всех торговых предприятий, которыми они управляли более двадцати лет, встретили его радушно, но все же чувствовалось в них какое-то напряжение. Привыкшие жить в роскоши, они опасались, что за изменениями, которые готовил Неффалим, кроется какой-то подвох, который может лишить их привычного образа жизни. Но Неффалим заверил их, что не собирается искать себе других управляющих, так как за два десятилетия они уже доказали ему, что лучших и более честных людей ему не сыскать.
На следующей неделе Неффалим пригласил к себе римского цензора, чтобы тот составил опись всего его имущества, земли и торговых точек. По итогам ценза один только рудник по добыче мрамора в Ликии позволял Неффалиму без проблем стать всадником. Неффалим был крупным землевладельцем и успешным торговцем, поэтому, несмотря на то, что он не был представителем аристократии, этот титул вполне соответствовал его положению в обществе, так как он зарабатывал в год гораздо больше 400000 сестерциев, а именно эта сумма была условием для получения титула всадника. Однако, было одно «но». Неффалим не мог получить гражданства, а соответственно и титула всадника, ибо ни его отец, ни его мать не имели римского гражданства. Подобную мелочь, как метрика о рождении, цензор легко исправил за весьма кругленькую сумму, обратившись за помощью к знакомому нотариусу. В итоге Неффалим добился своего и получил этот титул. Всадник и римский гражданин!
После получения гражданства Неффалим решил, что торговые дела под управлением его детей и внуков идут хорошо, поэтому он со спокойной душой мог заняться другими делами.
Новым делом, которое придумал для себя Неффалим, был золотой рудник в Далмации неподалеку от города Салоны. Он купил этот рудник, потратив на его приобретение едва ли не треть всех своих сбережений. Помимо самого рудника Неффалим также приобрел в собственность земли вокруг него. Он разделил земли на наделы и сдал их в аренду клиентам, став, таким образом, еще и патроном. Клиенты работали на руднике, жили неподалеку, а за это они платили налоги и несли воинскую повинность в пользу Неффалима. Сам же Неффалим с одним из своих внуков, сыном Симона Марком, перебрался жить в новую виллу, построенную в окрестностях Рима, неподалеку от садов Цезаря, где открывались совершенно потрясающие виды на Тибр.