- Какова твоя роль во всем этом? Что сделал ты? За что тебя... так...
- Прокляли? - закончил за Неффалима Агасфер. - За дело прокляли. За отсутствие милосердия...
И не дожидаясь встречного вопроса, сам же и уточнил:
- Я родился и вырос в Иерусалиме. У меня там был свой дом. Он стоял как раз на одной из улиц, по которой Иисуса вели на казнь. Он сам нес свой крест, избитый до полусмерти, лишенный сил. Он, изнемогая, прислонился к моему дому. Всего лишь на миг, чтобы передохнуть, но мне это не понравилось. Я боялся, что римляне сочтут меня его последователем или еще что-то. К тому же дом был свежевыбелен, а Иисус истекал кровью от рваных ран, оставленных на его теле римскими флагрумами. Он мог испачкать стены... Не знаю, о чем я тогда думал, но в моем сердце ни на секунду не зашевелилось ничего, похожего на жалость. Я совсем не думал о том, что даже столь кратковременный отдых может облегчить его страдания.
- Иди! Иди! - крикнул я ему, и фарисеи одобрительно загудели, поддерживая меня. - Нечего отдыхать!
Иисус тогда посмотрел на меня. Странно так посмотрел. Мурашки по коже, до чего пронзителен был этот его взгляд.
- Хорошо, - ответил он мне. - Но ты тоже будешь всю жизнь идти. Ты будешь скитаться по миру вечно, и никогда не будет тебе ни покоя, ни смерти.
С тех пор я иду. С тех самых пор я в пути. И я не могу ни отдохнуть, ни умереть. Такова моя судьба.
Старик Агасфер закрыл глаза и повторил сам за собой, словно пробуя на вкус это странное слово:
- Судьба...
- Судьба? - вскричал Неффалим. - Ты говоришь, судьба? Значит ли это, что ты готов смириться с такой участью? Это неправильно, нет. Должен быть выход! Хоть какой-нибудь выход!
Агасфер поцокал языком, качая головой из стороны в сторону, словно издеваясь над Неффалимом.
- Каков гусь! - не скрывая иронии, протянул он. - Выход! Твоя горячность изрядно повеселила меня. Выход! И какой же, скажи на милость? Единственный выход, который у меня есть - это смирение. Только смирение может дать мне время для искупления своей черствости! Только смирение может научить меня милосердию. И только смирившись с наказанием, я смогу... Я смогу... быть может... смогу заслужить место в том царствии, о котором Он говорил...
- Да нет же! - запальчиво возразил Неффалим. - Нет! Быть может, нам с тобой дана вечная жизнь не для покаяния, а для того, чтобы мы с тобой стали Его вечными слугами. Это миссия! Подумай только, вдвоем мы сможем заставить верить в Него весь мир! И тогда, увидев наше рвение, он возьмет нас на небеса.
Агасфер посмотрел на Неффалима, как на слабоумного. Указав рукой на принесенные Ашером и успевшие остыть блюда на столе, он многозначительно протянул:
- Не увлекайся баклажанами, мой друг. Ты же знаешь, что эта еда вызывает душевные расстройства у тех, кто употребляет их в пищу ежедневно...
- Я не употребляю их ежедневно, - буркнул Неффалим и тут же взорвался, когда ирония сказанного дошла до него. - Да ты смеешься надо мной! И что же тебя так развеселило?
- Твоя вселенская глупость! - пожал плечами Агасфер. - Собственно, потому я и пришел к тебе. Я знаю, какую бурную торговую деятельность ты развил. Я знаю о твоей семье, знаю о правилах, придуманных тобой ради собственной безопасности и сбережения нажитого добра. По-моему, как для несчастного проклятого, ты слишком озаботился внешним комфортом.
Неффалима покоробило то, что он услышал. А в силу собственной горячности он не услышал предупреждения, звучавшего в этих словах, он не услышал совета. Он расслышал в словах Агасфера лишь тупую человеческую жадность и зависть.
Разочарование - вот что почувствовал Неффалим. Разочарование и ничего больше. Он почувствовал, что старик Агасфер лишний в его доме. Подумать только! Так долго искать человека, связанного с тобой одним проклятием, а теперь, когда он сидит рядом с тобой - ничего к нему не испытывать, кроме желания избавиться от его общества как можно скорее. Неффалиму страшно претило то, что он сейчас услышал. Как смеет этот грязный оборванец судить его за достигнутое. Он - нищий. Он - никто. Да по сравнению с Неффалимом он полный ноль.
- Если ты не хочешь служить Ему, тогда зачем рассказал мне о казни?
- Я хочу служить ему, - ответил Агасфер. - Хочу! Более того, я служу Ему! Все деньги, которые мне дают люди, я раздаю бедным. У меня нет никакого имущества, кроме платья, которое сейчас на мне. Я делюсь едой с теми, кому хуже, чем мне. Иногда мне добрые люди отдают старую одежду, но я всегда встречаю какого-нибудь человека, нуждающегося в ней больше, чем я. Я служу Ему, следуя Его заповедям! А вот что предлагаешь ты? В чем ты видишь служение Ему?