– Я смотрю на экран, и они скандируют: «Черт, выходи! Черт, выходи, мы тебя не тронем».
– Да, я слышу, – Чертополох замер, прислушиваясь к доносящимся с улицы дружным возгласам: «Черт выходи!» – Действительно, они так кричат.
– Они не боятся Воланда?
– Наши женщины никого и ничего не боятся, кроме вируса гриппа. – Чертополох вздохнул. – Боюсь, придется к ним выйти.
– Так это вы?
– Я. Я, – мысли Чертополоха перекинулись на толпу. – До свидания. А впрочем, прощайте!
С этими словами он покинул кабинет, оставив за спиной звонящие телефоны. Все три секретаря замерли, глядя на него.
– Пойду, – махнул он в сторону коридора. – Пообщаюсь с девчатами.
– Лучше не надо, – произнесла первый секретарь. – Им крем нужен.
– Я думаю, среди них есть неадекватные, – поддержала второй секретарь.
– Нужно идти, – Чертополох сказал, и все поняли: другого решения быть не может.
– Пообещайте им. Так все делают, – Зиночка два раза кивнула. – Скажите, что вагон вышел из Новосибирска с секретного института.
– Как Бог даст, – Сидор Артемьевич перекрестился и покинул приемную.
Секретари перекинулись взглядами и затараторили в трубки:
– Нет на месте. Вышел.
Сидор Артемьевич размеренным шагом шел к своей участи. То, что русская женщина коня на скаку остановит, известно давно. Но то, что и черту рога пообломает, не мог предположить даже он. Успокаивало обещание: «Черт выходи. Мы тебя не тронем».
– Не тронут. Не тронут, – бормотал он.
Охранник, видя, что он направляется к входной двери, любезно распахнул ее перед ним.
Сидор Артемьевич вышел из здания и, пройдя по широкой площадке как по сцене, остановился в метре от ступенек. Внизу цепь ОМОНа, а далее – гудящая толпа женщин и отдельная кучка мужчин.
Он стоял и не знал, как привлечь к себе внимание. Наконец из кучки мужчин отделился один в кожаной кепке и подошел к цепи ОМОНа.
– Вы кто? – крикнул он.
– Я? – Чертополох вначале оробел, но вдруг решительность, с которой он говорил по телефону с министрами и регионами, вернулась к нему. – Я Черт!
– Черт?! – радостно воскликнул мужчина и заорал что есть мочи, размахивая над головой кожаной кепкой: – Тихо. Тихо. Черт говорить будет.
Молва пошла по толпе, и вскоре все затихли, устремив на Чертополоха 2248 пар глаз и еще один левый глаз мужчины в джинсовой куртке, на правый у него была наложена повязка. Чертополох был уверен в себе, уже знал, что сказать этим девушкам, но еще некоторое время смотрел на толпу. Почувствовав, что времени больше нет, просто спросил:
– Что вы хотите?
Ударив половником в кастрюлю, бабушка в кроссовках под «Адидас» истошно заорала:
– Соли!!!
И вновь половник опустился на днище кастрюли. На нее зашикали, и кто-то изъял половник. Как выяснилось позже, она пришла раньше времени к префектуре. Ее удалось успокоить и уговорить помолчать до времени. Вперед вновь вышел мужчина в кожаной кепке.
– Разрешить в стране однопольные браки, – выкрикнул мужчина, выбрасывая в такт словам руку вверх с зажатой в ней кожаной кепкой.
– Вы кто? – спросил Сидор Артемьевич. – Ах, да. Я вас узнал. Вы Самоопыляемый, председатель всероссийский. – Префект поднял глаза и, обведя взором толпу, прокричал: – Все этого хотят?
– Нет, – закричали женщины.
– Гнать их надо, – кто-то крикнул справа. – Присосались к нам. Халявщики.
– Мы, наоборот, в брак хотим. В нормальный, – слева крепкая девушка встала на цыпочки и кричала над головами. – Крем нужен, чтобы выглядеть привлекательней. А эти – предатели, передушила бы их всех.
– И так мужиков не хватает, – вторила ей рыжая девушка прямо перед Чертополохом.
– Вы слышали, что говорят женщины? – Чертополох пожал плечами. – Они против.
– Европа – за!
– Европа. Подумаешь, Европа, – Сидор Артемьевич сплюнул. – Мы тоже Европа, и мы против. -Он обвел толпу глазами, – Ишь, чего удумали. Мы, мужики, должны помогать бабам рожать детей, кормить, обувать, одевать. А эти на всем готовом, только себя ублажать. Жить и забот не знать. Бог сказал: – Плодитесь и размножайтесь. Заселяйте землю. А эти в кусты. Ну, скажите, дорогие женщины. Не педерасты ли они после этого?
– Педерасье поганое, – послышались возмущенные голоса.
– Кастрировать их всех.
– Тупыми ножницами.
– Замуж охота, аж сил нет. Крем требуется.
– Крем?! – Чертополох лихорадочно соображал, что бы ответить, как вдруг воздух разорвал грохот сотен металлических барабанов.
С проезжей части к префектуре сворачивала колонна демонстрантов. Ее авангард, выкрикивая требования посторониться, врезался в толпу молодых женщин. Разрезая ее, как когорта рижских воинов, под звук барабанов из кастрюль и половников колонна двинулась к главному входу.