Кто-то вышел в прихожую. Дверь в шкаф приоткрыли наполовину и сунули на днище шкафа кейс, уперев его в Василия. Дверь шкафа закрылась и со скрипом сама открылась. С внешней стороны ее подперли, придержали и медленно отпустили.
Наступила темень. Однако через некоторое время глаза привыкли, и они разглядели кейс. Обычный, коричневый, с маленьким металлическим значком рыси, прикрепленным в верхнем углу. В кейсе ничего не было. Василий тихо закрыл замки.
Вовка сидел на стопке книг. Из любопытства он достал верхнюю и прошептал: – «Приключения Тома Сойера». Ты читал?
– Читал, – прошипел Василий. – Молчи.
Служебный автомобиль доставил Рака и Буряка к проходной «Белой сдачи» в тот момент, когда Николаеву оставалось пробежать еще три километра до указанного медицинского учреждения.
Получив пропуск, автомобиль медленно проследовал тенистыми автомобильными проездами к указанному корпусу и запарковался рядом с огромным внедорожником.
– Ты знаешь, чей это автомобиль? – полушепотом спросил Рак.
– Знаю, – также ответил Буряк и сгреб свои пакеты. – Обои можешь оставить, чего их зря таскать.
– А горилка зачем нам?
– Еще не знаю, – Буряк толкнул ногой дверь автомобиля, и она с грохотом захлопнулась. – Но у меня нехорошее предчувствие. Здесь полно всякого начальства, – он показал Раку на сидящего у клумбы больного. – Знаешь его?
– Знаю, – Рак устремил взгляд в землю. – Пошли, и ни с кем не разговаривай. Как-нибудь так, незаметно, прошмыгнем.
Прошмыгнув на нужный этаж, остановились у ресепшна и, облегченно вздохнув, предъявили свои требования.
– Нам бы к Царю, – уверенно произнес Буряк, качнув головой.
– К Царю, – нараспев произнес мужчина в белом халате. – Людочка, у нас есть Царь?
– Царь? – так же нараспев произнесла медсестра Людочка и уставилась на майоров.
– Царь имеется, не имеется? – произнес Буряк, глядя на Людочку.
– Числится, не числится? – подключился Рак.
– Значится, не значится?
– Видели, не видели?
Людочка кинула взгляд на дежурного врача, и затем вновь невинный взгляд перешел на майоров. Людочка молчала, она привыкла не перебивать пациентов.
– Помните, не помните? – продолжил Буряк.
– Слышали, не слышали? – подхватил Рак.
– Знаете, не знаете?
– Знаете что, молодые люди, – врач вытянул руку ладонью вперед, останавливая уже открывшийся рот Рака. – Мы всё устроим. Один вопрос.
Врач оценивающе оглядел майоров.
– Вы здесь от Воланда или вас привезли?
– Воланда мы не боимся, – заявил решительно Буряк. – Нас привез Смирнов.
– Смирнов, – облегченно вздохнул врач и многозначительно переглянулся с Людочкой. – Это всё объясняет. Последний вопрос. Где сейчас Смирнов?
– В машине, – ответил Рак. – Где же еще.
– Хорошо, – врач вышел из-за стойки. – Пройдемте со мной.
Они последовали за врачом, и он открыл ключом одну из палат.
– Проходите.
Они вошли в палату, а он спокойно закрыл за ними дверь на ключ.
– Извините, – изнутри открылось окошечко в дверях, и в проеме показался Буряк. – А где же Царь?
– Чуть позже, господа, – врач убрал ключи. – Я скоро вернусь, – после чего захлопнул окошечко и закрыл на задвижку.
Проходя мимо Людочки, он обронил:
– Смирнов появится – и после оформления гоните его ко мне. Полная расхлябанность.
– Ох уж этот Смирнов, – улыбнулась Людочка.
Николай бежал легко, дыхание легкое, пульс в норме. Подбегая к служебному автомобилю, он весело крикнул:
– Привет, Смирнов.
– Привет, – опешил водитель Смирнов. – Вы же в бегах.
– В бегах, в бегах. Где майоры?
– Внутри, – он махнул в сторону входа в корпус. – Там.
– Хорошо, – пробегая мимо, отозвался Николай. – Жди меня здесь.
Людочка посмотрела по названной фамилии список пациентов и объявила, что Николай Петрович помещен в предпоследней палате по коридору с правой стороны и ему разрешено посещение, но с разрешения лечащего врача.
На счастье Николаева врач пришел быстро и, выслушав просьбу, направился к палате. Николай прогуливался по коридору, разглядывая пациентов и богатое убранство коридора, не подозревая, что за ним не только наблюдают через окошко в двери Рак и Буряк, но и стараются докричаться и до него, и до кого-нибудь вообще. Изоляция двери соответствовала всем нормам и ГОСТам, и их никто не слышал в коридоре.
Вскоре появился врач и Николай Петрович. После радостного приветствия они сели в кресла как раз напротив палаты Рака и Буряка.
Запустив руку в карман халата, Николай Петрович извлек из него два бутерброда с черной икрой, упакованных в контейнер.