– Доллары были на всех помойках, кроме одной, во дворе дома номер тридцать один, – начальник посмотрел на докладчика. – Я правильно сделал вывод?
– Как всегда.
– Что еще?
– Бомжи покинули наш район.
– Как. Все? – удивился начальник.
– Почти все. Остались только ленивые, – Михаил Борисович перевернул страницу. – Выехали на дачу в ближайшее Подмосковье. Они купили коттедж, у кого-то нашелся паспорт, и оформили за три дня.
– Кто предоставил информацию?
– Наш человек. Агент под прикрытием. Внедрили сразу, неделю назад, как получили информацию от дворника.
– Что он еще сообщает?
– С дачи вернулось несколько человек. Те, которые без города жить не могут. Доллары удалось у них заполучить. Проверили – настоящие. Наша система их оценивает как настоящие, отправили в США. Их Минфин вчера после долгих мучений все же выявил погрешность – фальшивые. Они в полной панике, как вы уже нам и сообщили.
– Почему они доллары, практически настоящие, выбрасывали на помойку? – начальник пожал плечами и развел руки в стороны. – Ничего не понимаю.
– Наша версия, – Михаил Борисович обвел всех таинственным взглядом. – Это у них брак. Те доллары, что они не выбрасывают на помойку, не отличишь от настоящих. Янки в ужасе.
– Что в ужасе? – начальник сделал удивленное лицо. – Будто бы они не знают, как их любит наш президент господин Провальный. И вообще. Я категорически заявляю, что мы их найдем. А кто не найдет, будет уволен. Когда мне вчера вечером доложили, то у меня разыгралась язва. Еще не обедал, жду дочь, должна домашнюю еду принести.
Наступила пауза. У начальника отделения по лицу пробегали разные гримасы. Наконец остановилось любопытство, и он спросил:
– А бомжи на даче чем занимаются? Редиску сажают?
– Наблюдение показывает, что днем спят, а ночью устраивают дискотеку, – Михаил Борисович перешел на пониженные тона. – Приезжают на дорогих машинах барышни легкого поведения.
– Необходимо было еще вчера конфисковать доллары, а иначе скоро все прогуляют.
– Вчера и конфисковали. Группе захвата удалось обнаружить только три банкноты по 100 $.
– Странно.
– Странно. А еще более странно, что сегодня группа не выходит на связь. Как будто испарились.
– Может, заболели? – начальник заерзал на стуле. – От бомжей можно и заразиться. Ну, да ладно. В каком направлении двигаемся дальше?
Михаил Борисович перевернул очередной лист.
– Отрабатываем все связанное с помойками, это – дворники, не успевшие выехать в свои кишлаки. Также опрашиваем водителей мусоровозов и жильцов.
– Хорошо, – начальник обеими руками хлопнул себя по коленям. – Думаю, за три дня управитесь. А нет – будем увольнять. Либеральное правительство не потерпит безалаберности.
– Обезвреживанию, – поправил Николаев и тут же получил толчок в бок от Вадима.
– Оставьте, – махнул рукой начальник. – Дадим ему шанс. Всё. Все свободны.
Полицейские повскакивали со своих стульев и направились к выходу.
Маргарита покинула парикмахерскую с хорошим настроением. Мастер хоть и несла чушь про нечистую силу, работу свою знала. Прическа получилась, как всегда, на высшем уровне. Она поспешила домой, было еще полно дел.
– Маргарита, – раздался за спиной женский голос. – Прически наводишь? И так красивая, физрук и физик перед тобой стелются, а мне никакого внимания. Везучая ты. Привет.
– Привет, Светлана, – Маргарита улыбнулась. – Отработала свои часы? Домой?
– Да, домой, – Светлана еще раз оглядела ее прическу. – Неплохо. Физрук совсем голову потеряет.
– Не придумывай, – отмахнулась Маргарита. – Ему, по-моему, все равно – что ты, что я, что Марина.
– Да я так, шучу. Кстати, – она приподняла на ходу правую руку с вытянутым указательным пальцем. – Перед уходом в учительскую зашел директор и объявил, что только что приехал из префектуры, и там какие-то молодые женщины бродят и ищут Воланда. Довольно много собралось перед зданием, их внутрь не пускают. И еще прибывают. Директор говорит: ерунда какая-то, что мол разберутся, но на всякий случай знайте и передайте дальше. Я тебе передала.