– Не нужно переживать так сильно! – все еще улыбаясь, сказал он. – Первую задачку ты решил на оценку «отлично»! Теперь уравнение посложнее! Как нам, не привлекая ничьего внимания, найти «логово» твоего Шц, и как незаметно в него проникнуть?
– Найти не проблема! Когда-то, достаточно давно, корабль Древних, в целях привлечения внимания, сделал в коре Шаа прокол. На месте прокола образовался вулкан. Думаю, он все еще действует. Лава, истекающая из жерла, топит снег и лед. Другими словами – место близ «логова» всегда парит.
– Что ж, согласен! Столбы пара – хороший ориентир! А как мы попадем внутрь?
– В пещеру, она же – ангар – доступ свободный. А вот дальше начинаются непонятки.
– А поточнее?
– Правитель говорил, что для идентификации нас как капитана корабля и его помощника нужен специальный жезл!
– У вас был это жезл?
– Разумеется! Иначе корабль нас не пропустил бы! И хотя я не уверен, что жезл необходим для проникновения внутрь, в самом корабле, в рубке эта фигурная штуковина играет важную роль.
– Как именно распорядился своим жезлом твой Правитель?
– Жезл власти был помещен в специальное углубление на главной панели. Похоже, без него там ничего не работало!
– А что было, когда жезл был удален из своего гнезда?
– Корабль лишился команды и капитана и должен был в автоматическом режиме вернуться на базу.
– А как выглядел жезл, помнишь?
– Помню…. Но не мельчайших подробностей. А что, это так важно?
– Ну….. Судя по тому, что ты рассказал – да, важно!
– Боюсь, мне сложно будет его нарисовать! А ты не мог бы «вытащить» его изображение из моего мозга?
– Отчего же… Мог бы! Но нужно твое предварительно согласие!
– Я согласен! Дальше – что?
– Пока ничего! Как только мы «срисуем» жезл из твоей памяти, немедленно возникает другая проблема – его абсолютные размеры! Не забывай – когда ты видел Жезл, ты находился в теле своего симбиота. И размеры Жезла – это его размеры относительно её тела, а не твоего! Понимаешь? Масштаб – другой! Для более точного моделирования нужного нам предмета необходим какой-то эталон, размеры которого нам доподлинно известны!
– Эталон…. Известны…. Эталон…. – забормотал Сашка, начав челночить по тесному пространству рубки, совершенно не обращая внимания на вытянутые лица офицеров Звездной Академии, которым он наверняка мешал своими «ленинскими» проходами. Впрочем, Сашка этого ничего не видел. Он был весь «в процессе».
– Чё думать-то? – раздался сиплый голос. К «отмороженному» и ученым повернулось кресло первого пилота, на Александра глянули холодные глаза Демьяна Паршина.
– Есть всего несколько предметов, которые он видел глазами змеи! – откашлялся Демьян. – Это датчик целеуказания, ящик с консервами и сами консервы! Вот вам и «эталоны»! Выбирайте на любой вкус! – и вновь отвернулся к своим обзорным экранам.
Заречнев пожал плечами, кивнул головой. Дон и Стан переглянулись с Дитой, та утвердительно качнула подбородком в сторону подсобного помещения, скрытого за малозаметной серебристой дверкой.
…Сашка долго и скептически смотрел на то, что «вытащили» из его памяти бессмертные ученые, развел руки в стороны.
– Не знаю! – честно сказал он. – Вроде бы похож! Но в то же время – не очень; не совсем! Да и вообще непонятно, из каких материалов он был сделан! Вот эта вставка – может быть из золота, а может быть – из свинца!
– Шутишь? – глаза Станта превратили с узкую щелочку.
– Нет! – твердо ответил Заречнев. – Я же видел все в черно-бело-сером цвете! Удельный вес у золота и свинца примерно одинаков…. Потом….. Вот эта часть может быть как из камня, так и из какого-нибудь прочного дерева!
Снизу вроде как были какие-то пропилы….. Жезл можно было вставить только одним способом, строго определенным образом! Он не проворачивался вокруг своей оси, сидел как влитой!
– М-да…. – протянул Дон. – Эта задачка посложнее теоремы Пифагора! У тебя самого-то есть какие-нибудь соображения?
– Есть! Шц в разговоре упоминал, что Жезлов раньше было много! Может, стоит поискать их в Замке?
– И как ты предлагаешь это сделать? Снова будем искать симбиота? Тебе было мало одного криопериода?
– Вообще-то я имел в виду другое. Я предлагаю…. Словом – диверсионно-разведывательную операцию в моем настоящем теле!
Бессмертный сенатор задумался. Он переглянулся с дочерью, получил от неё молчаливое одобрение, сказал:
– То, что ты стремишься как можно быстрее восстановить свои возможности – похвально! Но без тщательной предварительной проработки всех деталей операции она обречена на неуспех!
– Но у нас есть время, не так ли? Пока я восстановлюсь, мы можем все планировать хоть до посинения!
– Добро! – нахмурился Дон. – До посинения тела или до помутнения рассудка думаю, все же стоит, но то, что у нас всех есть пара-тройка недель – это неплохо!
Я предлагаю поступить так. Ты работаешь в своем обычном режиме, то есть тренируешься как обычно, восстанавливаешь свои двигательные навыки, летные умения, а дважды в неделю, по вечерам, мы собираемся все вместе и обговариваем детали предстоящей операции. Надеюсь, никто не против? – он скосил глаза на дочь. Дита опустила голову, что-то обдумывая, наконец, тоже кивнула утвердительно….
Первое утро и день на новой Главной Базе Звездной Академии Александр запомнил так, словно это был первый день его новой жизни – то есть практически по минутам. Впечатлений было столько, что с лихвой хватило бы на месяц, или два «обычной» жизни. Во-первых, сама база.
Она, как оказалось, имела не только приличную (как по времени существования, так и по результатам своей работы) историю, но собственное имя.
«Магаолла» – было начертано на русском на входных воротах, над штабом, на постельном белье, на холодном и огнестрельном оружии, на флагштоке и вообще, где может быть написать имя военного летного лагеря, оно было написано.
На естественный вопрос курсантов – что означает сие имя, от Диты был получен простой и внятный ответ: Магаолла – это название цветка; сине-голубого, очень красивого, растет который исключительно в горах. Причем цветет «дар богов» – так переводилось слово «Магаолла» с одного из местных наречий, исключительно ранней весной, едва ли не на границе снега и льда и первых пятен оттаявшей «черной» земли.
Как гласили легенды все того же неизвестного пока землянам горного племени, чтобы порадовать любимую одним-единственным цветком, жениху пришлось бы пойти в горы ранней весной. Другими словами – он должен был проявить чудеса героизма, так как горы после зимы – пространство для человека практически непроходимое и помимо храбрости «соискателю» руки и сердца необходимо очень хорошо владеть навыками альпиниста-профессионала, или на худой конец – опытом горноспасательных операций.
Нужно ли говорить, что у цветка, избравшего местом своего обитания заоблачные кручи, всегда была дурная слава; паче того – кровавая! Ибо не один и не два жениха, отправившись ранней весной высоко в горы, так и не вернулись к своим невестам и возлюбленным.
Примерно такое же место – очень желанное, но труднодостижимое, почти запретное занимало в войсковой иерархии системы Тороса и профессия военного летчика.
Тем из парней Макроса и вообще – всей системы Тороса, кто мечтал обрести светло-серый мундир пилота боевого самолета и нашивку на левый шеврон с цифрой побед в пока учебных боях, приходилось примерно так же непросто, как и горцам, которые отваживались штурмовать горные кручи в надежде завладеть сердцем возлюбленной с помощью очень красивого и очень редкого цветка.
Другими словами, имя цветка – Магаолла – вполне соответствовало сути и духу летного военного училища, наполненного интенсивной учебой, опасностями учений, страхами ночных полетов….
Разбираемый любопытством, Сашка не пренебрег советом «старых» звездных рекрутов, вместе со всеми поднялся на главную башню управления воздушными упражнениями. Сооружение это, издали похожее на огромную сетчатую вазу, поставленную «головой» вниз, на добрую сотню метров возвышалось над остальными постройками базы – учебными классами, тренажерными центрами, казармами, столовыми и многим другим, что является неотъемлемой частью любого приличного военного заведения, возведенного с единственной целью – «ковать» военные кадры, причем не абы какие, а – элитные.