– Спасибо, – ответила я, чувствуя, как эти слова оставляют глубокий след.
Я смотрела, как он уходит, и понимала, что он действительно испытывает ко мне симпатию, но я не знала, могу ли позволить себе эту близость. В его словах и действиях было столько искренности, что мне хотелось довериться ему...
Но наше неформальное общение с Денисом не осталось незамеченным. Стоило мне переступить порог кабинета, как насмешливый голос Татьяны словно ударил меня по спине.
– Ну, ты просто звезда, Янка, – её тон был напоён ядом, но в нём отчётливо слышались ревностные нотки. Она откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди, и улыбнулась с той издёвкой, которая всегда ранит глубже слов. – Только вернулась из декрета, а уже такая любимица генерального. Как тебе это удаётся?
Я сделала глубокий вдох, стараясь не реагировать. Внутри всё закипало, но я понимала, что любое слово, сказанное сейчас, будет использовано против меня.
– Таня, это работа, – ответила я ровным голосом, не поднимая на неё взгляда. – Это не имеет никакого отношения к личному.
– Ага, конечно, – её смех прозвучал коротко и неприятно. – Просто у тебя всегда всё складывается. Квартиру себе оставила, теперь на работе всё получаешь. Везучая. Может, он ещё и разведётся ради тебя?
Эти слова, сказанные как будто в шутку, ударили меня больнее, чем я ожидала. Я почувствовала, как сердце сжалось, а в груди начала подниматься волна гнева и обиды. Мне хотелось ответить резко, но я знала, что это только разожжёт огонь.
– Таня, я не знаю, что ты пытаешься этим сказать, – произнесла я, стараясь сохранить спокойствие. – Но твои комментарии звучат неуместно.
Она усмехнулась, словно я только что подтвердила её догадки.
– Конечно, уместно, – ответила она, опустив взгляд на свой компьютер, как будто продолжала работать. – Просто замечаю, как некоторые умеют всё ловко устраивать, притворяясь бедными овечками.
Я посмотрела на неё, и собрав всё своё терпение, проговорила твердо:
– Если у тебя есть претензии, давай обсудим это напрямую. Или держи свое мнение при себе.
Она усмехнулась и вернулась к своему компьютеру. Я знала, что это не конец, но теперь понимала, что наши отношения с Татьяной достигли точки, за которой начинается конфликт.
Мало мне было проблем на работе, так еще и дома не было покоя. Уложив вечером Илюшу спать, я отправилась на кухню, чтобы вымыть посуду. Тогда-то и раздался громкий стук в дверь. Звук был таким неожиданным и резким, что я замерла на месте, чувствуя, как сердце забилось сильнее. Осторожно подошла к двери, заглянула в глазок и увидела Сергея. Его лицо было красным, а взгляд – раздражённым и затуманенным. Даже сквозь дверь я могла почувствовать, что он выпил.
– Открывай, Яна! – его голос разнёсся по подъезду, заставив меня вздрогнуть.
Я на секунду закрыла глаза, пытаясь собрать себя. Глубоко вдохнула.
– Чего ты хочешь? – спросила я через дверь, стараясь говорить спокойно, хотя голос слегка дрожал.
– У нас с тобой общий сын, забыла? – его голос зазвенел сарказмом. – Или ты решила, что теперь можешь делать, что хочешь? Что я больше никто?!
Его слова звучали громко и пронзительно. Он был как пружина, готовая разжаться в любую секунду. Я чувствовала, как напряжение за дверью нарастает.
– Сергей, – начала я ровным голосом, – мы всё решаем через адвокатов. Ты знаешь это. Сейчас не время и не место для таких разговоров.
– Адвокаты! – он засмеялся хриплым, странным смехом, отчего у меня побежали мурашки. – Конечно, как удобно! Ты решила вычеркнуть меня из его жизни? Ты вообще подумала, каково ему без отца?
– Никто не пытается вычеркнуть тебя, – ответила я, чувствуя, как внутри поднимается страх. – Ты сам делаешь это своим поведением. Уходи. Ты пьян и не в состоянии нормально разговаривать.
Я уже отошла от двери, но тут он резко ударил по ней кулаком, и она задрожала на петлях. Звук был таким громким, что у меня перехватило дыхание.
– Ты не имеешь права! – закричал он, ударяя снова. – Ты забрала у меня всё! Квартиру, сына, жизнь! Ты просто... ты сука, Янка!
Его слова резали, как нож, но больше всего меня пугал его тон. Он был не просто злым – он был потерянным, отчаявшимся, и от этого ещё более опасным.
– Уходи, иначе я вызову полицию! – прокричала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Но внутри всё дрожало.
На мгновение наступила тишина. Я слышала его тяжёлое дыхание за дверью. Затем он начал говорить, тише, но злее:
– Ты рыдать будешь... Валяться у меня в ногах и просить вернуться...
Сергей снова ударил по двери, но на этот раз слабее, словно энергия уже покидала его. Спустя пару секунд я услышала, как его шаги начали удаляться по лестнице.