Меня трясло от пережитых эмоций. Села на диван, стараясь успокоиться. Хорошо Илюша ничего не слышал и крепко спал. Но это становилось опасно. Сергей пугал своей агрессией.
Глава 16
На следующий день я поспешила рассказать адвокату о происшествии с Сергеем. Его кабинет встретил меня привычным полумраком и запахом кофе, который он, похоже, всегда держал наготове. Я вошла, сжимая папку с документами, словно это могло дать мне хоть немного уверенности. Адвокат внимательно выслушал меня, не перебивая, только изредка кивал, записывая что-то в блокнот.
– Сергей начинает действовать всё более агрессивно, – заметил он, когда я закончила. Его голос звучал спокойно, даже буднично, словно он уже сталкивался с этим десятки раз, но в его глазах читалась настороженность. – Это важно задокументировать. Мы можем использовать это как дополнительный аргумент для суда.
Я кивнула, но почувствовала, как к горлу подступает ком.
– Но он делает это так, чтобы не оставлять следов, – проговорила я, чувствуя, как голос предательски дрожит. – Мне страшно, что однажды он пойдёт дальше. Я не знаю, чего от него ждать.
Адвокат поднял на меня взгляд. Его лицо оставалось спокойным, но я заметила, как он чуть сжал ручку, словно это был его способ показать, что он понимает.
– Тогда мы можем запросить временный запрет на приближение. Если он продолжит, это будет нарушением закона, – предложил он с профессиональной твёрдостью.
Я хотела что-то сказать, но замерла, уловив его неуверенную паузу. В его глазах мелькнуло сомнение.
– Тем более он тоже не сидит сложа руки, – добавил он, как будто не хотел сообщать этого, но понимал, что скрывать нельзя.
– О чём вы? – спросила я, чувствуя, как внутри всё холодеет. Сердце заколотилось сильнее, я машинально выпрямилась, ожидая удара.
– Сергей отправил в суд ходатайство о том, чтобы вы прошли психологическую экспертизу, – произнёс он ровно, но я заметила, как он чуть поморщился. – Он утверждает, что вы "нервная и эмоционально нестабильная мать".
Я замерла. Это было настолько абсурдно, что первое чувство, которое охватило меня, было не страх, а удивление. Словно я услышала плохую шутку, но не смогла понять её смысла.
– Нервная и эмоционально нестабильная? – переспросила я, чуть не смеясь, но в моём голосе вместо смеха прозвучала горечь. – Он серьёзно? После всего, что он сделал?
Не знала, смеяться или плакать. Внутри начало закипать возмущение, но поверх него пробивался страх. "Как далеко он может зайти?" – этот вопрос гулко отозвался в моей голове.
Адвокат поднял руку, будто пытаясь остановить мой поток эмоций, который ещё не вырвался наружу.
– Не волнуйтесь, – сказал он уверенно, отложив ручку и наклонившись чуть ближе. – Это стандартная тактика, чтобы дискредитировать вас. У нас есть доказательства, что вы адекватно заботитесь о ребёнке. Ваши действия – это пример любящей и ответственной матери.
– А если они сочтут, что он прав? – тихо спросила я, пытаясь подавить этот глупый, но настойчивый страх.
– Тогда мы можем запросить аналогичную экспертизу для него, – добавил он. – Поверьте, это сработает в нашу пользу. Суды обращают внимание на такие вещи. Мы защитим ваши права.
Я вышла из кабинета, ощущая странную смесь облегчения и напряжения.
Вечером, после работы, пока Илюша смотрел мультики, я пыталась отвлечься от мыслей, погрузившись в рутину: вытереть пыль, убрать на кухне, поставить стирку. Но это не помогало.
Украдкой взглянула на него. Он сидел на ковре, сосредоточенно глядя в экран, но его плечи были немного опущены, а взгляд, обычно живой и радостный, казался задумчивым. Я заметила, как он крепче сжал игрушечный грузовик в руках, когда на экране показывали счастливую мульт-семью. Его эмоции, даже такие маленькие, выдавали внутреннее напряжение.
Сердце сжалось. Я понимала, что он переживает этот развод не меньше, чем я. Для него это, наверное, ещё страшнее – его мир, такой стабильный и понятный, внезапно дал трещину. Могла ли я сделать что-то, чтобы помочь ему? Эти вопросы не давали мне покоя.
Утром я решилась. Заведя его в сад, нашла в интернете номер и набрала детского психолога. Сначала я услышала короткие гудки, а потом голос женщины, тёплый и уверенный.
– Центр детской психологии, здравствуйте, – сказала она.
– Здравствуйте, – проговорила я, стараясь держать голос ровным, хотя внутри всё дрожало. – Мне нужно записать сына на консультацию. Мы... переживаем развод. И я чувствую, что ему нужна помощь.
На том конце провода женщина выслушала меня внимательно. Она не прерывала и не торопила. Когда я замолчала, она мягко сказала: