– Ты избегаешь меня, – начал он наконец. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась твёрдость. – Я что-то сделал не так?
Его вопрос застал меня врасплох. Машинально скрестила руки, стараясь собрать мысли, но слова сами сорвались с губ:
– Нет, Денис, вы... ты ничего не сделал, – произнесла я, опустив глаза. – Просто... ты женат.
Я не могла смотреть на него. Мои слова повисли в воздухе, заставляя меня чувствовать себя одновременно слабой и виноватой. Но он не ответил сразу. Вместо этого я услышала, как он глубоко вздохнул.
– Яна, – сказал он тихо, но так, что я почувствовала, что он говорит серьёзно. – Мне кажется, что тебе нужно знать правду.
Подняла взгляд, и в его глазах увидела не упрёк, не раздражение, а только искренность. Это удивило и немного смутило меня.
– Мой брак... он формальный, – начал он, чуть сжав руки. – Мы поженились много лет назад, когда ничего не имели. Это было... решение, которое казалось верным. Она забеременела, и я чувствовал, что должен поступить правильно.
Я почти не дыша. Его голос был ровным, но в нём ощущалась усталость, словно он слишком долго держал это в себе.
– После родов всё изменилось, – продолжил он, опустив взгляд на свои руки. – Мы пытались. Правда пытались сохранить то, что у нас было, но ничего не вышло. Наши отношения окончательно рассыпались. Мы не были счастливы уже очень давно, но продолжали держаться... ради сына.
Его слова звучали спокойно, но я видела, как сложно ему говорить об этом. Он поднял глаза на меня, и я почувствовала, что он старается быть максимально честным.
– Мы поддерживаем иллюзию семьи, потому что так проще. Для ребенка, для окружающих... – Денис вздохнул, чуть качнув головой. – Но я давно понял, что смысла в этом больше нет. Наш сын чаще всего находится с моими родителями – мамой и отчимом. Они обожают его, и он их тоже. Я, как видите, тоже не очень хороший отец.
Моё сердце сжалось. Его голос, его слова – всё это звучало настолько откровенно, что я не могла не проникнуться тем, что он переживал. Я видела перед собой не успешного, уверенного в себе коллегу, а человека, который несёт на плечах тяжёлую ношу и слишком долго молчал об этом.
– А мы с Олесей... Мы просто чужие люди, которых связывает штамп в паспорте. Простите, что говорю вам всё это, – продолжил он после короткой паузы. – Но я не хочу, чтобы ты думала... плохо обо мне.
Я опустила взгляд, чувствуя, как мои собственные чувства, которые я так долго старалась подавлять, теперь смешивались с его откровением. Это было и тяжело, и… немного легче одновременно.
– Спасибо, что сказал, – произнесла я тихо. – Я даже не знаю, что ответить.
Он улыбнулся – слегка, почти незаметно, но его глаза смотрели тепло.
– Ты не обязаны ничего говорить, – сказал он. – Просто знай, что я искренен.
В этот момент я поняла, что вижу его совсем по-другому. Не просто как человека, который поддерживал меня, но как того, кто сам нуждался в поддержке.
– Вы давно так живёте? – спросила я, сама удивляясь своему вопросу.
Он вздохнул, будто этот разговор давался ему нелегко, но всё равно продолжал.
– Давно. Несколько лет. Сначала я думал, что это временно, что просто нужно время... – он замолчал, словно подбирая слова. – Но потом всё стало привычкой. Мы не ругаемся, не выясняем отношений. Просто каждый живет своей жизнью.
Денис грустно улыбнулся, опустив взгляд на свои руки.
– Единственное, что меня держало, – это мой сын. Я не хотел, чтобы он чувствовал, что у него нет семьи. Но, знаешь, – он поднял глаза, его голос стал чуть тише, – дети чувствуют. Он знает, что между нами ничего нет. Он уже привык, что мамы вечно нет. Он словно потерял с ней связь. Первое время постоянно ждал и спрашивал про нее, а теперь мне стоит большого труда уговорить его остаться с ней. И я всё больше задаю себе вопрос: разве это не причиняет ему большего вреда, чем правда?
Я хотела ответить, но в горле пересохло. Его слова будто выворачивали наружу мои собственные мысли, которые я когда-то переживала, заканчивая свои отношения с Сергеем. Этот страх навредить ребёнку, страх быть виноватой – всё это было мне слишком знакомо.
– Ты думаешь о разводе? – осторожно спросила его.
Денис посмотрел на меня так, будто хотел сказать больше, чем позволяли слова.
– Да, – ответил он тихо. – Уже давно. Но всегда находились оправдания, почему не сейчас. Сын, работа, обязательства...
Его признание тронуло. Я видела перед собой мужчину, который разрывался между долгом и собственным несчастьем. И это было так близко мне самой, что я почувствовала, как внутри поднимается волна эмоций.