Закончив стрельбу, я аккуратно поставил пулемет на сошки и залюбовался им — если немного включить воображение, то ПК покажется похожим на варана. Такие же передние лапки, такая же узкая "морда" и та же мощь хозяина пустыни.
Сане Андрюхову Бобыльков прямо на полигоне торжественно вручил "Утес" и я почувствовал себя счастливчиком — "Утес" был втрое тяжелее моего пулемета. Из двух ящиков был извлечен на свет новенький, в заводской смазке, тяжелый ротный пулемет.
Чудо, а не пулемет!
Песня!
12,7 мм патроны — это уже маленькие снарядики, а не патроны. С винтовочными, а тем более с автоматными, не чего и сравнивать. Один такой пулемет, поставленный на выгодной позиции в оборону, способен за километр уложить целую роту и никто из наступающих не поднимет головы.
"Утес" — это Техника.
Тот, у кого в руках "Утес" — всегда прав на поле боя.
Вот только вес…
Вместе со станком ротный пулемет весил под сорок килограмм, а расчет у него всего два человека — Саня Андрюхов и Олег Елисеев.
Мне в этом пулемете больше всего понравился ящик от станка. Я уже прикинул, что если прикрутить его к башне, то в этом ящике будет очень ловко возить на операции казанки, чайник и прочие столовые принадлежности, которые всегда мешают в десантном отделении. Вроде и невелик скарб, а как понадобится чистая тарелка или казан, то приходится выгребать его из под вороха одеял, бушлатов и сухпаев, которые навалены на сиденьях. Конечно, триплекс заднего вида на башне будет мешать, но в крайнем случае ящик можно сдвинуть вперед, к пулеметам. Зато вопрос с хранением и быстрым доставанием обеденных принадлежностей будет снят раз и навсегда — открыл "бакшишный ящик" и достал все необходимое.
В самом коротком времени я убедился, что и в пехоте "жить можно". Даже еще лучше, чем в управлении батальона. Во-первых, я далеко от Баценкова и Скубиева, а это немало для того, чтобы облегчить мне жизнь, так как количество возможных "залётов" уменьшилось на две пары взыскательных глаз. Во-вторых, Бобылькову нужно командовать ротой, а не за мной наблюдать — если он за каждым из своих семидесяти человек будет "наблюдать", у него ни времени, ни глаз не хватит. А "командовать ротой" означает не только красиво подавать команды "Смирно! Вольно!", но и составление плана-конспекта на каждое занятие. Всем известно, что каждый командир в Советской армии, начиная с командира отделения-расчета-танка, прежде чем провести занятие с подчиненными, должен составить план-конспект и утвердить его у вышестоящего начальника. Эта бюрократия отнимает много времени и придумана единственно для того, что если на занятиях по огневой подготовке какому-нибудь несчастному бойцу вздумается подорвать себя гранатой, можно было бы ткнуть в нос военному прокурору план-конспект данного занятия: "Смотрите! Читайте! Я его этому не учил!". В-третьих, с моим непосредственным командиром прапорщиком Кузнецовым найден общий язык и мужик он, кажется, неплохой. А пацаны во взводе — вообще отличные. Вдобавок, почти все — моего призыва.
Так и покатила моя жизнь дальше: два дня рота на занятиях, на третий день заступает в караул. В карауле сутки пролетают быстро — заступил четыре раза на пост и уже на целый день ближе к дому. Зато на занятиях можно стрелять из любого оружия — из автомата, пулемета, снайперской винтовки, башенных пулеметов. Ротный не просто "позволяет", а наоборот — поощряет. Стреляйте, пока заряжать не надоест. Хоть обстреляйтесь.
При таком его подходе к огневой подготовке, отгадайте сколько человек в роте выполняют нормативы по стрельбе?
Все!
22. ЧП в карауле — норма армейской жизни.
Был обычный, будний день. Самое его утро. Тихое, солнечное, безветренное. Даже государственный флаг Союза ССР отдыхал на верхушке флагштока, свисая недвижимой красной сосулькой.
Полк стоял на разводе. Командир полка строил офицеров. За офицерскими спинами мялась шеренга прапорщиков. Ротные колонны украшали плац красными лычками сержантов по передней шеренге во всю его ширину. Я стоял на своем законном, отвоеванном в боях месте в конце строя и просил Адама оставить мне покурить. В задних рядах других рот тоже покуривали "по-цыгански", коротая время развода. Все терпеливо ожидали, когда комполка отпустит офицеров и те разведут свои подразделения по занятиям и работам, когда…
Сначала я подумал, что мне померещилось. Потом я краем глаза уловил, что все вокруг меня повернули головы и смотрят туда же, куда и я. А я смотрел туда, откуда послышались выстрелы. Выстрелы шли от складов РАВ, до которых было больше километра. Приглушенные расстоянием, на плац долетали совершенно отчетливые звуки. Сначала два одиночных, потом еще один одиночный. Потом снова два одиночных, через несколько секунд еще два одиночных прозвучали почти одновременно и, наконец, два автомата стали шпарить очередями.