— Управление прямо, остальные на пра-а-а-а-а-а…во!
Теперь я понял чего добивался старослужащий от молодого: после того, как полчаса выстоишь с грифом от штанги в согнутой руке, тяжелый карабин покажется тебе легким пёрышком.
— Шаго-о-о-о-о-о-ом… Марш! — скомандовал Сафронов и пошел к трибуне, где уже стояли Дружинин и Плехов.
Нет, не зря мы гоняли наших молодых, заставляя отбивать шаг и орать песню. Сегодня нам не было стыдно за них. За управлением полка шла разведрота, за ней рота связи и остальные полковые службы. Карантин шел после служб, но перед вторым батальоном. В общем потоке мы повернули на прямую перед трибуной с полковыми командирами на ней и стали ждать, когда предыдущее подразделение удалится на одного линейного. Овечкин и Плащов встали метрах в трех перед первой шеренгой.
— Шагом… Марш, — негромко через плечо скомандовал Овечкин.
— Проходим лучше всех, — предупредил духов Рыжий.
Карантин тронулся, одновременно грохнув сто сорока подошвами по бетону.
Ротную "коробку" оценивают по передней шеренге. Если передняя шеренга прошла ровно, значит зачет всей роте. В передней шеренге карантина стояли сержанты и мы знали как сохранить линию: в учебках сто раз это отрабатывали. Метров за десять до трибуны офицеры перешли на строевой шаг и приложили руку к виску, отдавая честь. По этому сигналу, сержанты в первой шеренге опустили руки, сцепились внизу мизинцами и прижали локти к локтям соседей: так будет сохранена прямая линия, когда трое из нас повернут головы вправо.
— И-и-и… Раз! — выдохнул карантин и все, кроме правофланговых резко вывернули головы вправо, поедая начальство глазами.
Начальство с милостивым видом смотрело на карантин с высоты трибуны.
— Молодцы, молодое пополнение! — умилился подполковник Плехов, глядя на проходящую мимо него ровную "коробку".
Три положенных шага для ответа и далее — каждое слово под каждый шаг:
— Служим!
— Советскому!
— Союзу!
После прохождения Плащов смотрелся именинником. Еще бы: карантин — единственное подразделение, отмеченное похвалой высокого начальства. Вот только радость Плащова выглядела нескромной: это же не он проводил занятия по строевой подготовке, а мы гоняли молодых, заводя их в столовую со второго-третьего раза, если они плохо прошли или недостаточно громко спели песню.
Конечно, приятно погарцевать впереди роты, которую отбивать шаг выучил не ты.
После торжественного построения был намечен спортивный праздник. У нас в учебке тоже проходили "спортивные праздники" и ничего кроме уныния они во мне не вызывали. Когда объявлялось, что в ближайшее воскресенье состоится очередной фестиваль единения духа с телом, то сценарий "спортивного праздника" был известен каждому. К нам в городок приедут пузатые чурки из ЦК компартии Туркменистана, для массовки нагонят школьников и комсомольских активистов, вся эта орава рассядется на стадионе, а мы будем "праздновать". Разведка покажет рукопашный бой, в котором заранее отработанные удары будут наноситься по заранее выставленным блокам, пехота сымитирует бой, стреляя холостыми патронами и забрасывая футбольное поле взрывпакетами и дымовыми шашками, а все остальные будут бегать. По одиночке и в составе подразделения. Ни фехтования, ни конкура, ни стрельбы из лука, ни даже примитивного футбола программа не предусматривала. Один сплошной стипль-чез. Ничего хорошего от "спортивных праздников" я не ждал, потому как хорошо знал, что для солдата праздник — что для лошади свадьба: голова в цветах, а жопа в мыле.
Однако, на удивление и к моей вящей радости, в полку отношение к спорту было хотя и ответственным, но неформальным. Начфиз майор Оладушкин организовал настоящий Спортивный Праздник, можно даже сказать Олимпиаду и никому не пришло в голову приглашать чурбанье из соседних кишлаков в качестве зрителей.
Зрителями и участниками были мы сами.
За неделю до соревнований Оладушкин раздал по подразделениям программу и предложил выставить команду от каждой роты. Скучных видов было только два: стометровка и кросс на три километра. Все остальное было интересно и зрелищно.
Кому некуда было девать свое здоровье, те могли испытать себя в вольной борьбе, боксе или гиревом спорте. Сплоченность рядов и командный дух проверялся в сражении по волейболу и перетягивании каната. Индивидуальная выучка — в выполнении подъема переворотом на турнике, в прохождении общевойсковой полосы препятствий, беге, метании гранаты на точность и дальность и стрельбе из автомата или снайперской винтовки. Самый умный в полку выявлялся в шахматном и шашечном турнирах.