Колдун не дослушал и снова сорвался, низко пригибаясь к земле. Клянусь, в этот момент он выглядел вовсе не как человек. Так хищники себя ведут, бегающие на четырех лапах.
На этот раз Гатс выставил меч перед собой, не собираясь им махать. Я пустил цепь наперерез, метя в ноги. Нам достаточно его немного затормозить, чтобы убить.
Как и в прошлый раз, всё произошло молниеносно быстро.
Грузило угодило в колено колдуну, но тот это проигнорировал. Прямо в прыжке извернулся, уводя ногу и мешая мне её захлестнуть. Снова отбив меч Гатса вниз, колдун устремился к нему. Его когтистая рука метила прямо в грудь, в то место, где скрывались камни.
Только вот…
Меч как пошёл вниз, так и дернулся резко вверх. Настолько быстро, что колдун не успел среагировать, со всей своей скоростью скользнув по лезвию. Причем меч не остановился, продавил грудную клетку, и Гатс описал этой лопатой круг, впечатав колдуна в землю с другой стороны.
Порыв ветра ударил мне в лицо. Он что, способностью меч так закрутил? Походит на то.
Дернув цепь обратно к себе, уставился на почти располовиненного колдуна. Гатс повёл меч на себя, расширяя разрез. Замахнувшись, он собирался перейти к рубке конечностей, но не тут-то было. Колдун растекся темной лужей, которая быстро испарилась.
Гатса это не сильно смутило. Он дернул мечом, стряхивая капли крови, которые по какой-то причине остались, и принял стойку, готовый отражать атаку с любой стороны.
— Я бы на твоем месте отошёл от этого пятна, — посоветовал ему. — А то вдруг он под землей спрятался?
Гатс постоял две секунды, а потом всё же сделал несколько шагов назад.
— Он также исчез в прошлый раз?
— Нет. Там тьмой накрыло целую крышу, и ощущения были такие, будто твою душу в ледяную камеру поместили. Здесь же что-то более локальное.
Пару минут мы стояли, глазея по сторонам. Я это время использовал, чтобы сменить грузило. Попадания в колено он даже не заметил. Священные узоры на мече Гатса его тоже не сильно впечатлили. Но я припомнил, что касания лезвия были быстрые. Так что, может, всё же какой-то вред и наносится, но слишком медленно для той скорости, с какой проходил бой.
— Слушай, Гатс, — сказал я, когда стало понятно, что никто на нас прямо сейчас нападать не спешит. — А тебе не показался этот колдун странным?
— Ты спрашиваешь… — проговорил он медленно. — Не показался ли мне странным колдун, который пришёл конкретно к нам, чтобы забрать камни, здесь, в пустых горах, где до ближайшего города несколько часов езды? Который двигался настолько быстро, что я едва поспевал, при этом отбивал моё, — это слово он произнес с нажимом, — оружие голой рукой?
— Не совсем голой. Там пленка из чего-то черного была вокруг кожи.
— Да-да, и когти тьмы, — покивал Гатс. — Нет, мне это не показалось странным. Каждый день с такой хренью встречаюсь.
— То есть ты, как наследник крутой семьи, ничего путного по этому поводу не скажешь?
— Нет, — отрезал Гатс и направился в сторону рюкзаков, которые мы скинули перед боем, но резко остановился. — Нам надо возвращаться. Есть вероятность, что нас специально за колдуном послали, зная о нем, но что-то я сомневаюсь. Поэтому припасы можно оставить. Сейчас нам важнее мобильность.
— Стропо нам точно выговор устроит, — покачал я головой.
— Переживем. А вот когда тебе попытаются снести голову, пока скидываешь рюкзак — нет, можем не пережить.
— Да понимаю я… Сейчас, только поесть возьму.
— Нашёл время жрать, — с раздражением бросил Гатс.
— Подыхать лучше сытым. Драться тоже. Ночью по горам бежать — тем более.
— Ещё скажи, что устал.
— Как будто ты устал, — фыркнул я. — Пару раз своей лопатой махнул и всё. Но, признаю, ты его ловко поймал. Толкнул меч ветром?
— Да… — нехотя сказал Гатс, но я заметил промелькнувшее довольство в его глазах.
Наше соперничество никто не отменял. А в этом поединке парень сыграл решающую роль.
Хм… Сначала я без Розы с каким-то Псом справиться не могу. Потом демон меня гоняет и Гатс приходит на помощь. А теперь вот снова он выступает главной ударной силой.
На фоне моего отставания в формирования круга это напрягает. Остаётся надеяться, что Такен окажется прав и скоро слабость превратится в силу.
— По-прежнему есть смысл сделать так, чтобы ты быстрее вернулся в крепость, — сказал Гатс.
— Без рюкзака ты тоже сможешь быстро двигаться. А разделяться — верная смерть.
— Ну, я бы так не сказал.
— Ты это своей макушке скажи. Чуть без головы не остался.
Гатс нахмурился, припомнил ход боя и нехотя признал, что я тоже свою лепту внес и помог ему избежать удара.