Конфликт вышел с северным альянсом, куда входил клан Белого сокола и который на данный момент распался. Их герба в книгах я не нашёл, стопроцентной гарантии, что это те, кто мне нужен, нету. Но на заметочку взял. Гатс тоже с севера. Был соблазн спросить у него, но как-нибудь потом. Сначала нужно было прояснить дела насущные. До тайн прошлого ещё успею добраться.
В этот же день я решил прояснить непонятки. Библиотека у нас просторная, и я выбрал окно, выходящее на тренировочную площадку. Обычно последним, кто уходил с тренировки, был я. Сегодня же эту роль на себя взял Гатс, который махал два часа тяжеленным мечом. Я знал, что он далеко не всегда применяет свою способность облегчать вес. Неудивительно, что он один из сильнейших в плане голой физической силы. По нему когда бьешь, словно камень ударяешь. Настолько крепкие мышцы.
Когда Гатс завершал последнюю отработку, я быстренько положил книги на место, подбежал к окну, открыл его и прыгнул.
Как же мне нравятся эти моменты, когда чувствуешь свободу полёта. А уж то, что можно срезать путь — отдельное удовольствие.
Когда приземлился, Гатс уже поставил меч на стойку. Та находилась под навесом, вместе со всем остальным оружием, которое мы использовали. Утерев пот со лба, Гатс глянул на меня. Занимался он всегда в одних штанах. На тренировках с наставниками — в костюме шиноби. Как и все мы. А на индивидуальных занятиях, какая бы погода ни стояла, снимал ботинки и кофту. Ну да от того, с каким усердием он махал своим дрыном, тело разогревалось так, что захочешь, не замерзнешь.
— Попался! — воскликнул я.
— Мы играли в догонялки? — невозмутимо спросил Гатс.
— У меня сложилось впечатление, что да. Поговорить надо, — добавил я серьезности.
— Ну? — приподнял он бровь, посмотрел на меня и потянулся за кофтой, но надевать её не стал. Обычно он в таком виде прямо до душа шёл.
— Что у тебя с Калией?
Я себе голову сломал, думая, как лучше подступиться к разговору. Очевидно, Гатс не тот человек, который легко будет говорить о своих чувствах. А я не мастак слова сплетать, чтобы обойти острые углы. Но, как ни думал, ничего лучше прямого вопроса не изобрел.
— А что с ней? — нахмурился он.
— Она тебе нравится?
— Почему спрашиваешь? — наклонил он голову чуть в бок.
— Потому что мутный ты, сам ничего не говоришь, — пожал я плечами. — Когда она пропала, ты сильнее всех волновался. Был готов размазать Тича. Я тебя таким никогда не видел. Наша холодная леди запала тебе в душу?
— Повторю вопрос, почему спрашиваешь?
— Может, потому что ты мой друг?
— Поэтому ты как банный лист? — поморщился он и вздохнул. — Спар, если тебе самому нравится Калия, ничего не имею против. Или тебе в принципе нужно моё разрешение, одобрение, или ради чего ты затеял этот разговор? — бросил он пренебрежительно и собрался пройти мимо меня, но я перехватил его за руку.
— Я не говорил, что Калия нравится мне как девушка. И сюда пришёл не делить её.
— Тогда чего тебе надо?
Когда взгляд Гатса тяжелеет, это внушает. Может, зря я этот разговор затеял?
— Мне кажется, ты ведешь себя как придурок.
— Так не лезь ко мне, — скинул он мою руку.
— Эй, — возмутился я и схватил его за плечо, когда он отвернулся.
По уму, так делать не надо было. Но это по уму. Который у меня в тот момент отшибло.
Гатс среагировал жестко. Поддался, развернулся и ударил меня ладонью в грудь. С применением круга. Ударил не в полную силу, но и этого хватило, чтобы меня отбросило. Рухнув, я кувыркнулся назад и снова оказался на ногах.
— Чертов слабак, — сплюнул я.
— Это я слабак? — в глазах парня появились отблески безумия. — Тебе повезло, что меч не в руках.
— А руками ничего сделать не можешь?
— Сам напросился, — хрустнул он шеей.
Гатс подскочил, ударил, я заблокировал его руку, пнул ногой в бедро, он её перехватил, закружил меня и швырнул. Когда я приземлился, он уже был рядом и собирался пнуть меня. Видимо, рассчитывал, что я уберу гравитацию и отправлюсь в полёт. Но от его удара меня лишь подбросило вверх и позволило снова оказаться на ногах. Теперь уже нападал я.
Мы сшиблись, пошёл обмен ударами. Хотел бы я сказать, что это был красивый бой, но нет. Самое что ни на есть мясо.
Пусть все демоны мне будут свидетелями, я всего лишь хотел поговорить, прояснить ситуацию, чтобы мой друг не накручивал себя и не отдалялся. Но этот высокомерный баран уже надумал себе черт знает что. В тот момент меня взбесило всё. Его упертость, высокомерный взгляд, самоуверенность. Он смотрел на меня свысока. Ну как же. Он ведь обогнал меня в учебе. В тот момент уступить для меня означало расписаться в том, что я лузер.