Вера стала намекать мужу на продолжение образования Ну как же! Она без пяти минут педагог, а он – простой шофёр. Николай отшучивался, говоря: Ну, вот станешь директором школы, возьмёшь меня к себе водителем.
В то же время его огорчала отсутствие изюминки в интимных отношениях и полное равнодушие жёнушки к бытовым вопросам. Готовить пищу она не умела и не собиралась учиться. Так и жили на полуфабрикатах. А бельё таскали в прачечную, хоть и стиральная машинка имелась.
Николаю уже намекнула небезызвестная Риточка, что замужество нужно было Вере для того, чтобы избежать распределения в далёкий аул после института.
Одинокий Волк вынести этого не мог. Молодожёны расстались, несмотря на то, что Вера уже ждала ребёнка. Коля с себя ответственности не снимал. Алименты на содержание появившейся дочери выплачивал регулярно, благо, что работу нашёл себе неплохую – водителем автофургона на хлебокомбинате. Хлеб по магазинам развозил. Жил он теперь на квартире, хозяйка которой всегда могла составить ему компанию и за столом, и в постели. Там наш герой окончательно подружился с алкоголем, убедившись, что с его помощью мир грёз становится ближе и ощутимей.
Тем временем в городе началась масштабная реконструкция застройки. Древний архаичный Склон пошёл под снос. Коля с бабушкой получили двухкомнатную квартиру в новом доме на левобережье. Бабушка снова завела старую песню про внуков, но так их и не дождалась.
После бабушкиных похорон Коля первый раз запил по-чёрному, пытаясь заглушить боль утраты единственного по-настоящему родного человека. Очнувшись в один из дней в своей кровати, он с удивлением обнаружил лежащей рядом с собой какую-то женщину.
– Тебя как зовут? – лениво поинтересовался Коля.
– Тоня, – ответила женщина.
– Откуда же ты взялась?
– У тебя память отшибло, что ли? Я же с тобой вместе на хлебокомбинате работаю. Посидели вчера после работы в кафешке с девчонками. У Дуськи Колотиловой день рождения отмечали, помнишь? А потом ты меня к себе пригласил…
– А борщ ты умеешь готовить?– внимательно глянул на гостью хозяип и, получив утвердительный ответ, добавил: – Тогда оставайся.
Так началась их совместная жизнь. Тоня бабёнка была неплохая. Немного потрёпанная, но вполне ещё сексуальная. В меру хозяйственная. Единственным крупным её недостатком было пристрастие к алкоголю, не меньшее, чем у Коли. Нередко ссорились, до драки. Потом мирились в постели. Рожать ему Тоня не стала. Было у неё двое дочерей – подростков, которым Коля великодушно разрешил здесь же поселиться.Это не соответствовало статусу Одинокого Волка. Но куда же их девать-то?
Не успели оглянуться, как девчонки выросли и выпорхнули в самостоятельную жизнь. А через несколько лет скоропостижно умерла Тоня. Скорее всего, женский организм не выдержал регулярной пьянки. Было и ещё одно обстоятельство, которое могло ускорить трагическую развязку.
Дело в том, что Коля ещё при жизни Тони подарил свою квартиру бывшей жене Вере. Оказывается, эта хитрюга сумела разжалобить полупьяного мужика, уповая на его родительский долг перед их единственной дочерью.
– Ты вот умрёшь, а квартира чужим людям достанется! – вкрадчиво говорила Вера, не забывая подливать мужику беленькой в рюмочку, – Про дочку-то родную не забывай!
Расчувствовавшийся Коля не взял во внимание, что дочь, давным-давно обосновавшаяся в тёплых краях, за всё время навестить отца не удосужилась, хотя всегда посылал он ей немалые деньги на день рождения. В итоге ушлая Верочка получила дарственную на квартиру. Тоня, узнав об этом, проплакаться не могла.
– А как же я? – спрашивала она, не получая ответа. Состарилась очень быстро.
Теперь, во второй раз оставшись один, Николай места себе не находил от тоски. Оказалось, что любил он Тоньку-то! Стресс, пропитанный алкоголем, сделал своё чёрное дело. Что-то случилось с ногами. Совсем недавно бодро рассекающий пространство Одинокий Волк превратился в еле-еле передвигающегося с палочкой старца. И тут на его пути возникли две Гиены, до сих пор внимательно наблюдающие за происходящим из засады.