– Ну, ты даёшь, батя! Тут уж я совершенно не при чём. Покупай вторую пару! – издевательски хихикал Марат. Выбора не было и Сондыктанов, вздыхая, полез в карман за кошельком. Получая тапочки, он не мог отделаться от мысли, что это – те самые потерянные и есть. Однако сказать Марату об этом он не решился. Зачем бездоказательно обвинять человека? За это может не поздоровиться. А жене он счёл за лучшее соврать, будто пропажа нашлась. Иначе долго бухтеть будет.
Выслушав вдохновенное враньё мужа, женщина смерила его долгим взглядом, затем вышла в соседнюю комнату и вернулась… с тапочками. – Это откуда?! – только и пролепетал Сондыктанов. – Дружки твои, доминошники принесли. Говорят, ты с ними долго лясы точил. А потом, уходя, и забыл свой пакет на лавочке. – А что же ты мне не позвонила на сотку об этом? Я бы не брал тогда вторую пару. Что мне с ней делать? – Да ты и так-то часто звонки пропускаешь, а тут шары залил, так и подавно! Действительно, в телефоне значилось три непринятых вызова.
И что вы думаете? Сондыктанов попёрся на базар третий раз за день. Марат уже собирался домой, укладывая товар в контейнер. Приветливость его как рукой сняло. Не дослушав старика насчёт возврата, он заорал: – Ты уже достал меня, папаша, своими выходками. Проваливай отсюда!
Разгорелась ссора, перешедшая в драку. Молодость одержала верх. Но тут появилась полиция. Марат опомнился. Деньги вернул, не забрав даже тапочек. Пытался извиниться. Тем не менее, стражи порядка забрали его с собой.
Сондыктанов был доволен завершением непростого дня. Вот только фингал под глазом немного смущал. Но ведь он не вечен!
Нонконформизм под капельницей
Когда я надоел своему лечащему врачу частыми жалобами на высокое артериальное давление, она назначила мне сосудистые препараты, которые вводятся через капельницу.
И вот я в процедурном кабинете, громко называемым «дневным стационаром». Улёгся. Воткнули. Лежал тихонько, чуть не задремал. Вдруг почувствовал урчание в животе.
Если уж я при своём плохом слухе это услышал, то дамочки на соседних кушетках – тем более. Заёрзали даже. Ну, раз такое дело, решил у них поинтересоваться, как они посмотрят, если я газы-то выпущу. На Малышеву притом сослался, что вредно их при себе держать.
Но дамы мою идею не поддержали.
– Вот ещё! – фыркнула одна и взялась мне объяснять, что сероводород вообще-то вреден в больших концентрациях.
– Да не будет большой концентрации,– успокаивал я её. Но она категорически была против, с опаской поглядывая на мой внушительных размеров живот.
Тогда я спросил её прямо, замужем ли она. После некоторой паузы женщина ответила, что не замужем, но это к теме разговора не относится.
– Ещё как относится! – возразил я – Если бы Вы были замужем, то понимали бы, что надо учитывать интересы и другого человека, а не только о себе думать. Моя жена, например, никогда и не пыталась вводить мне какие-то ограничения в этом плане.
– Бедная женщина! – вмешалась в разговор до сих пор молчавшая
Дама – Я бы от такого сразу ушла.
– Ух ты, ну ты – ножки гнуты! – возмутился я – Тактичнее нужно быть! У меня, например, и мыслей не возникало пенять жене на её запахи. Поэтому у нас с ней полное взаимопонимание.
– Вот так парочка – гусь да гагарочка! – съязвила первая дама.
Видя, что с такими эгоистками каши не сваришь, я обратился с тем же вопросом к медсестре.
– Ой, не знаю,– зарделась она и позвала старшую. Та, узнав, в чём дело, приняла соломоново решение. Через минуту меня на каталке вместе с капельницей вывезли в дальний конец коридора, где технички хранили свои тряпки и вёдра. Там отчётливо пахло хлоркой, и было довольно прохладно.
Мне такое совсем не понравилось. Спазмы мои улеглись, а вопли были услышаны. Меня вернули в процедурку. В животе снова заурчало. Но тут и лечебное время закончилось
Уходя, я не сдержался и «порадовал» дамочек доброй порцией сероводорода. Поставил, в лучших традициях нонконформизма, точку в нашей дискуссии.
Человек и собака
Человек смотрел на собаку. А она смотрела на него, надеясь на помощь. Дело в том, что сегодня утром она потерялась и примерно час назад пыталась перебежать дорогу в поисках следа своих хозяев. Но получила страшный удар промчавшегося автомобиля. Истошно крича и заваливаясь на бок, она отползла на обочину. Здесь силы совсем оставили её.
А через час появился этот человек. Он молча курил и смотрел на собаку. Он мечтал стать суперменом и никого не бояться. Таким желанием он проникся ещё вчера вечером, когда обкуренные молокососы у пивного ларька отобрали у него кошелёк и подбили глаз.