Он ухмыляется:
— Ну, если бы налили, я бы не отказался.
Мы смеёмся и идём дальше, в толпе, среди людей, камер, фонарей и зимнего воздуха, который щиплет щеки. Кажется, что всё это могло бы быть сценой из фильма — но для меня это просто выходной день.
И почему-то рядом с ним не хочется спешить домой.
Мы доехали до моего дома почти в полной тишине. Только музыка тихо играла в машине — что-то медленное, гитарное, наверняка из Лиямовой подборки.
Он тормозит у подъезда, глушит мотор и какое-то время просто смотрит вперёд, будто не решается что-то сказать.
— Ну что, — говорю я первой. — Экскурсия по Москве завершена, турист доволен?
Он усмехается:
— Доволен. Но, если честно… — Он поворачивается ко мне. — Я бы предпочёл не уезжать.
Я стараюсь не выдать смущения. Только киваю и делаю вид, что ищу что-то в сумке.
— Ну… спасибо за день. Было классно. И без ушанки обошлись.
Он усмехается и чуть склоняет голову:
— Без ушанки, но с глинтвейном. И со скалодромом. Думаю, это можно считать успехом.
Я открываю дверь машины, но он задерживает меня лёгким движением руки.
— Слушай… — начинает он, чуть хриплым голосом. — Я всё ещё хочу, чтобы это не закончилось. Дай знать, если захочешь увидеться снова. Даже если это просто кофе. Или альпинизм. Или прогулка по Красной.
Я чуть усмехаюсь:
— Посмотрим, мистер рок-звезда.
Он откидывается на спинку сиденья и ухмыляется:
— Значит, надежда есть.
Я выхожу, захлопываю за собой дверь и слышу, как машина медленно трогается с места. Оборачиваюсь через плечо — он всё ещё смотрит в зеркало заднего вида, пока не скрывается за поворотом.
И только тогда понимаю, что весь день улыбаюсь чаще, чем за последние месяцы.
9
Воскресенье. Тот самый день, когда мир будто решает притормозить. Я лежу на кровати, уставившись в потолок, без особых планов и без особого желания что-то планировать. За окном яркий свет, но не душный — спокойный, ленивый, как сам день.
Телефон вибрирует на прикроватной тумбочке. Сообщение. От Лияма.
«Я улетаю вечером. Свободна сегодня днём? У меня кое-что для тебя.»
Я не отвечаю сразу. Просто вдыхаю, прокручивая в голове его фразу. Что значит "кое-что"? Он снова с сюрпризами. Опасная привычка.
Поднимаюсь, иду на кухню, ставлю воду на турку. Молча, без музыки. Даже телефон не включаю. В такие утра я предпочитаю, чтобы тишина говорила за всех.
Но, как назло, через пару минут в дверь стучат. Не звонят — именно стучат, будто кто-то пытается не разбудить весь дом, но при этом настойчиво заявляет: "Открой".
— Кто там? — спрашиваю я, не подходя близко.
— Открывай. Или мне лезть по пожарной лестнице?
Улыбка вырывается сама собой. Он.
— Ты не умеешь ждать, да?
— Ждать скучно. А ты обещала быть интересной.
Открываю дверь. Лиям стоит с кофе в руках и пакетом, откуда уже доносится запах чего-то тёплого и маслянистого — круассаны? Не удивлюсь. На нём чёрная куртка, очки на макушке, а волосы собраны в низкий хвост. Он будто только что со съёмки вышел — слишком уверенно выглядит для воскресного утра.
— Я помню, что задолжал тебе завтрак.
— Ты ненормальный. Сегодня же воскресенье.
— Вот именно. Лучший день, чтобы вернуть долги.
Я отхожу в сторону, пропуская его в квартиру, и шепчу почти себе:
— С ума можно сойти с этим рок-н-ролльным графиком.
— С ума сойти — это когда человек, которому ты нравишься, не отвечает на сообщение целых восемь минут.
— О, ты засекал?
— Таймер поставил. — ухмыляется он, проходя на кухню.
Я только фыркаю, бросаю взгляд в зеркало — сонная, в пижаме, волосы в хаосе. Но всё равно улыбаюсь. Пусть даже и украдкой.
Он ставит кофе на стол и поворачивается ко мне:
— Собирайся. Я отвезу тебя туда, где ты точно ещё не была.
— Ты уже с утра готов к приключениям?
— А ты нет? Воскресенье ведь. День свободы.
Я пью кофе на ходу, волосы всё ещё влажные после душа, пока мы едем через утреннюю Москву. Машина как будто скользит по асфальту, внутри играет инструменталка с лёгким налётом альтернативного рока. Ни одного слова — только ритм, только дорога.
— Так куда мы направляемся? — наконец нарушаю молчание, бросив на него взгляд.
Он смотрит вперёд, чуть прищурившись от света, и отвечает как ни в чём не бывало:
— Увидишь. Это сюрприз.
— Опять? — закатываю глаза. — Сколько у тебя ещё этих сюрпризов?
— Достаточно, чтобы ты не заскучала, — усмехается.
Через полчаса мы паркуемся. Я выхожу первой, и, когда понимаю, куда он меня привёз, останавливаюсь.
— Планетарий? — поворачиваюсь к нему. — Ты серьёзно?
— А ты думала, я в парк аттракционов тебя потащу? — он выходит из машины, хлопает дверью. — Ну, если сильно попросишь, потом и на американские горки сходим.