— Блин, ветер подул, а у меня всё летит.
— Я же говорила, что в октябре пикник — это сомнительная затея, — поддеваю его я, улыбаясь.
Он, не глядя на меня, бросает:
— Зато романтика. Ты вечно жалуешься, а сама улыбаешься.
Я смеюсь и толкаю его плечом:
— Да потому что ты забавный.
Он хватает меня за руку, притягивает ближе:
— Забавный, говоришь? Ещё раз назовёшь меня забавным — укушу.
— Ого, угроза! — я театрально закатываю глаза. — Укуси, попробуй.
Он медленно наклоняется ко мне, но в последний момент вместо укуса целует меня в висок. Я тихо выдыхаю.
— Всё, — говорит он, — давай, расскажи мне что-нибудь.
— Что тебе рассказать?
— Ну… — он пожимает плечами. — Не знаю. Про универ. Или про соседа своего этого странного.
— Он не странный, — фыркаю я. — Артём нормальный парень. Просто он похож на тебя.
Лиям хмурится, прищуривается:
— Похож? В каком смысле похож?
Я смеюсь:
— По типажу. Волосы тёмные, взгляд мрачный, но добрый.
— Ага. Мрачный взгляд — это теперь твой тип?
— Пфф. Я вообще-то люблю светлых и весёлых. Просто так получилось.
— Вот именно. Со мной тоже просто так получилось?
Я отворачиваюсь, стараюсь скрыть улыбку:
— Не льсти себе.
Он дергает меня за хвост:
— Не ври. Ты ж сама меня поцеловала.
— Замолчи.
— Никогда. — Он смеётся. — Всё, ладно. Давай про универ. Как там твои пары?
Я начинаю рассказывать, как на последней паре один однокурсник перепутал слова при ответе, и вся аудитория легла от смеха. Лиям слушает, ухмыляется, иногда перебивает глупыми комментариями.
Потом вдруг становится серьёзным:
— Слушай. Я тут думал…
— Ого, это опасно.
Он закатывает глаза:
— Очень смешно. Короче. Я думал — может, ты приедешь ко мне в Нью-Йорк на Рождество?
Я замираю, таращусь на него:
— Ты серьёзно?
— Да. Мы там не будем всё время сидеть у меня дома. Можем погулять, показать тебе город. И… — он чешет затылок. — Ну… вообще, было бы круто.
Я моргаю, не зная, что сказать. Он сразу добавляет:
— Только если хочешь. Без давления.
— Я подумаю, — наконец говорю я тихо. — Но звучит заманчиво.
Он улыбается и гладит меня по щеке.
— Подумай. Я буду ждать.
Мы ещё немного сидим, пока ветер окончательно не начинает пробираться под куртки. Я дрожу, Лиям поднимается первым и протягивает мне руку:
— Всё, сворачиваемся. Пока ты тут не превратилась в сосульку.
— Да, сэр.
Он поднимает меня, обнимает и шепчет:
— Я правда хочу, чтобы ты приехала.
И в его голосе столько спокойной, тихой уверенности, что мне становится тепло даже в промозглый осенний день.
Лиям вскоре улетает обратно в Нью-Йорк, а я снова погружаюсь в привычное русло.
Учёба, работа, редкие выходы с подружками. Почти каждый день у меня какие-то встречи с иностранными делегациями — то англичане, то корейцы, то французы. Порой кажется, я больше говорю на других языках, чем на русском.
С Лиямом переписываемся и созваниваемся, хотя он часто занят своими делами и турами. Но всё равно почти каждый день пишет — то мем скинет, то спросит, как прошёл день. Иногда разговоры затягиваются до глубокой ночи, и мне кажется, что он рядом, даже если через океан.
В перерывах между парами и работой я встречаю Артёма у подъезда. Он всегда гуляет с Рексом — огромным псом, который носится вокруг и норовит облизать мне руки. С Артёмом болтаем о всякой ерунде: погода, соседи, приколы из лифта. Он довольно мягкий, с лёгкой улыбкой и спокойными глазами.
Иногда я ловлю себя на том, что думаю: а вдруг Лиям бы начал ревновать, если бы знал, что я тут смеюсь с Артёмом во дворе? И сама же хихикаю от этой мысли.
Вроде всё тихо и обычно. Но где-то на фоне всегда крутится ощущение, что жизнь только готовит следующий поворот.
Вот так и подкрался декабрь. С каждым днём я всё чаще ловила себя на мысли о Рождестве в Нью-Йорке. Хотелось быть рядом с Лиямом, почувствовать ту атмосферу огней, музыки и суматохи праздников. Но внутри жила тревога: вдруг я всё испорчу, вдруг у него уже свои планы? Или, наоборот, стоит просто взять и рвануть к нему сюрпризом?
В итоге я решила: приеду. Будь что будет.
Учёба у меня шла отлично — всё закрывала заранее, многие предметы пошли автоматом. Поэтому я была почти свободна и строила планы.
Сегодня как раз болтали с Лиямом по скайпу. Он сидел у себя дома в Нью-Йорке, в той самой квартире с огромными окнами и вечерними огнями за спиной. Разговор шёл о разноми тут я как бы не взначай спрашиваю: