Я опустилась на ступеньку у подъезда и закрыла лицо ладонями. Вот так всегда. Хотела хоть раз нормально выглядеть — и, пожалуйста. Уже представила, как звоню маме, чтобы приехала с дубль-ключами (и, конечно, лекция бы накрылась), но вдруг услышала знакомый голос.
— Зарина?
Подняла голову — и чуть не рассмеялась от абсурдности ситуации. Передо мной стоял Артём. Тот самый сосед с гитарой за плечами. Улыбался, как будто мы встретились в каком-то клипе, а не в моём личном кошмаре.
— Ого, — он прищурился, глядя на мою блузку. — Ты что, решила устроить арт-объект?
— Очень смешно, — пробормотала я, стараясь прикрыть пятно руками.
— Хочешь, помогу? — предложил он, чуть наклонив голову. — У меня как раз репетиция отменилась. Да и гитару занести нужно, так что я неподалёку.
— Да только вот… — я махнула на дверь. — Домой-то не попасть. Ключи в универе остались.
Артём на секунду задумался, потом вдруг легко пожал плечами:
— Ну, идём тогда ко мне. Приведёшь себя в порядок. Не оставлять же тебя так страдать на ступеньке.
Я замерла, прикусив губу. Вариант был, мягко говоря, странный. Но другого выхода не было.
— Ладно, — выдохнула я. — Только быстро.
Он расплылся в довольной улыбке и распахнул передо мной дверь.
— Быстро — это моё второе имя.
И вот я уже шагала за ним в соседнюю квартиру чувствуя, как от напряжения сердце стучит быстрее, чем после беготни по универу.
Мы поднялись на его этаж, и Артём открыл дверь своей квартиры. Первое, что бросилось в глаза, — минимализм. Просторная гостиная в светлых тонах, никаких лишних деталей: диван, низкий журнальный столик, несколько полок с книгами и пластинками. Но внимание сразу притянул угол у окна — там стояла настоящая мини-студия: микрофон на стойке, ноутбук с подключённым пультом, пара гитар на подставках и большие наушники. Всё выглядело не как хобби, а как настоящее рабочее место музыканта.
— Не особо уютно, знаю, — сказал он, заметив мой взгляд. — Но для меня главное — звук.
Я лишь кивнула, чувствуя себя немного неловко. Он тем временем исчез в другой комнате и вернулся, держа в руках чистую белую футболку.
— На, держи. Если не брезгуешь, — он протянул вещь с лёгкой улыбкой. — В мокрой зимой ходить не очень умно. Простудишься ещё.
Я взяла футболку, ощутив приятный запах стирального порошка, и почувствовала, как щёки слегка вспыхнули.
— Спасибо, — пробормотала я.
— Там ванная, — кивнул он в сторону двери. — Я пока чай сделаю.
Закрывшись в ванной, я быстро сняла блузку, с досадой глянув на пятно, и натянула его футболку. Она была чуть великовата, мягкая, и пахла чем-то тёплым, домашним. Я поймала своё отражение в зеркале и едва не усмехнулась: выглядела так, будто действительно живу здесь.
Когда вернулась в гостиную, Артём уже ставил на стол две кружки чая и, заметив меня, одобрительно кивнул:
— Вот, совсем другое дело.
Я опустилась на диван, чувствуя, что напряжение немного спадает, но в груди всё равно жило странное волнение.
Я устроилась на диване, поджав под себя ноги, как всегда делала дома, и взяла кружку горячего чая. Его футболка была чуть велика и сползала с плеча, но пахла чем-то тёплым, свежим и… немного его. В комнате стояла уютная тишина, которую нарушал только тихий гул ноутбука в его мини-студии.
— Ты один тут живёшь? — спросила я, делая осторожный глоток, чтобы не обжечься.
Артём кивнул, облокачиваясь о спинку кресла напротив.
— Сейчас да. Раньше с сестрой делили квартиру. Она младшая, учится в Лондоне. Ну, родители настояли, мол, престижно. Так что я тут один, и, честно говоря, иногда даже слишком тихо.
Я слегка улыбнулась.
— Я думала, что музыканты любят шум.
Он усмехнулся.
— Шум — на репетициях. Дома нужен баланс, иначе крыша поедет.
Мы ещё немного перекинулись фразами о мелочах: о его соседях, о том, что в подъезде постоянно заедает лифт, и о том, что он готовит в основном макароны, потому что на большее не хватает вдохновения. Казалось, что разговор сам тянется в привычное русло, но в какой-то момент он сделал паузу, внимательно посмотрел на меня поверх кружки и осторожно спросил:
— Зарин, можно… немного личный вопрос?
Я замерла, почувствовав, что сейчас будет что-то важное.
— Смотря какой, — ответила я, пытаясь скрыть лёгкое волнение.
— Правда, что ты встречаешься с Аидом? — произнёс он негромко, но с такой серьёзностью, будто боялся услышать подтверждение. — Ну, с Фронтменом Crimson Night.
Кружка едва не дрогнула у меня в руках. Я почувствовала, как щёки наполнились жаром, и на секунду потерялась в словах.