Когда машина остановилась у нашего дома, я уже и не хотела выходить. Но пришлось.
— Ещё раз спасибо, Артём, — сказала я, оборачиваясь к нему.
Он посмотрел прямо в глаза и чуть улыбнулся.
— Не за что. Береги себя, Зарина.
Я кивнула, открыла дверь и, уже выходя, поймала себя на мысли, что почему-то не хочется с ним прощаться.
— До встречи, — добавила я, хотя не знала, когда именно мы снова увидимся.
Он коротко кивнул, и, когда я закрыла дверь, машина плавно тронулась с места, по своим делам. Я ещё пару секунд стояла, глядя вслед красным огням фар, прежде чем подняться домой.
23
Прошло столько месяцев — праздники, учёба, короткие встречи, аэропорты, звонки по вечерам, когда один уже засыпал, а другой только заканчивал дела. Я ловила себя на мысли, что, несмотря на расстояние, наши отношения не становились холоднее. Скорее наоборот — каждый редкий момент вместе был как маленький праздник, и я училась ценить даже короткие взгляды и недосказанные слова.
Но летние каникулы всё усложнили. Я поехала домой, и честно, даже представить не могла, как объяснить родителям, что встречаюсь с человеком, которого они никогда не видели, да ещё и из другой страны. У нас в семье не принято было заранее рассказывать о таких вещах. Только помолвка или уже свадьба. Всё остальное — табу. Поэтому всё лето мы так и не виделись, и это было тяжело.
Сегодня я стояла в аэропорту Москвы с билетом в руках. На табло уже горел мой рейс до Нью-Йорка, и сердце колотилось так, будто я в первый раз куда-то лечу. Лиям настоял, что мой день рождения мы отметим у него, и сказал, что подготовил план развлечений на целую неделю. "Ты будешь помнить этот день рождения всегда", — обещал он.
Я усмехнулась, прокручивая его слова в голове. Я знала его — когда Лиям что-то задумывает, это всегда превращается во что-то большее, чем просто встреча или ужин.
Поставив чемодан рядом, я достала телефон и написала:
"Я уже почти на посадке. Надеюсь, твой план не включает прыжки с парашютом?"
Ответ пришёл почти сразу:
"А вот это секрет. Долетай быстрее — и сама всё узнаешь."
Я закатила глаза и улыбнулась, представляя, как он это пишет со своей фирменной ухмылкой.
И всё же в груди жило волнение: как будто я снова лечу в неизвестность. Но именно эта неизвестность и делала предстоящую неделю особенной.
Как только двери открылись, и поток людей хлынул в зал прилётов, я нервно перебирала пальцами ремешок сумки. Сердце било так, что казалось — его слышат все вокруг. И вдруг я увидела его.
Лиям стоял чуть поодаль, в чёрной рубашке и тёмных джинсах, будто сошёл с какой-то обложки. Его взгляд сразу нашёл меня — и в тот же миг все звуки вокруг будто исчезли. Только он и я.
Я сделала пару шагов, но он не выдержал и пошёл навстречу быстрее. В следующую секунду его руки уже сомкнулись на моей талии, подняв меня чуть над землёй, а губы жадно нашли мои.
— Наконец-то… — выдохнул он между поцелуями, и его голос был хриплым от эмоций. — Я сходил с ума без тебя.
Я только крепче обняла его за шею, уткнувшись лицом в его плечо. От него пахло его любимыми духами и чем-то родным, таким, чего мне не хватало все эти месяцы.
— Ты даже не представляешь, как сильно я скучала, — прошептала я, и слова сорвались с губ прежде, чем я успела подумать.
Люди вокруг, наверное, смотрели, но мне было всё равно. В этот момент весь мир сузился до его рук, до его дыхания, до его губ, касающихся моих снова и снова.
— Поехали, — сказал он, не отпуская меня. — У нас впереди целая неделя. И я обещаю, ты забудешь обо всём, кроме нас.
Он взял мой чемодан одной рукой, другой продолжая держать меня за руку так крепко, будто боялся, что отпущу. И мы пошли вперёд, в новый этап этой истории.
Мы вышли к парковке, и теплый воздух Нью-Йорка обдал лицо, но мне было не до него — ладонь Лияма сжимала мою так, будто за эти месяцы он разучился отпускать.
Он поставил мой чемодан в багажник чёрного внедорожника, после открыл передо мной дверь.
Я села, а он — за руль.
В салоне было тихо. Только лёгкая музыка играла на фоне, и дыхание перехватывало от того, как его рука скользнула к моей на подлокотнике.
— Всё это время я мечтал о том, чтобы вот так держать тебя рядом, — сказал он, не отрывая взгляда от дороги.
Я повернулась к нему и поймала его профиль в свете фонарей: напряжённая линия челюсти, чуть прикушенная губа, сосредоточенные глаза.
— У тебя получилось, — ответила я тихо, переплетая наши пальцы.
Он сжал мою руку чуть сильнее.
— Знаешь, — его голос стал ниже, почти шёпотом, — мне было так тяжело засыпать без тебя, что я начал ставить твои фото на тумбочку рядом с кроватью.