– Я… – он, кажется, удивился. – Да как ты посмел меня не узнать, холо… В смысле герцог! Я граф Валерий Петрович Лапушкин! И однажды ты уже был бит моей рукой, позорно бежав с места нашей дуэли!
– Чего… Лапушкин? Эм… Певец ртом? Протеже старушки Пугачихи? – переспросил я, спрыгивая со спины кентаврихи, потому как слышал уже эту фамилию и тут вспомнил златокудрого худенького Аполлончика, Нинкиного ухажера, которого встретил в прошлом году, когда в первый раз наведывался встречать ее у учебного здания дипкорпуса. – Графин! Ма-а-ать! Ты что, чудик, с собой сотворил? Кстати, а когда это я «был бит твоей рукой»? Ты сам в прошлый раз свалил, только узнав от Нинки, что я учусь на военке!
– Ха-ха-ха! – заливисто рассмеялся уродец, в которого превратился красивенький мальчик. – Я же говорил, что ты лжец! Это ты тогда сбежал, испугавшись сражаться! Но это ничего! Ты больше не спрячешься на своей военной кафедре, потому что я, Валерий Лапушкин, усердно тренировался и теперь сам состою на военной кафедре! И не в каких-то там паршивых преторианцах, а в третьей гвардейской группе! И бросаю тебе вызов на дуэль за руку и сердце прекраснейшей и несравненнейшей…
Я тяжело вздохнул. Неужели этот чудик думает, что я, во-первых, его не отпинаю, а во-вторых… Ну это каким идиотом нужно быть, чтобы считать, что мой будущий тесть позволит расстроить планы на нашу с Ниной свадьбу?! Это что же, у него все родственники такие? Не могли объяснить этой пародии на человека…
– …великолепнейшей и умнейшей, прекраснейшей…
– Повторяешься, – еще раз вздохнув, вставил я.
– …Гересте! – с придыханием закончил он. – Так что дуэль, герцог! Только дуэль во славу моей любви!
– Чего… – хором со слегка офигевшей от такого поворота ученицей воскликнули мы.
– О любовь всей моей жизни! – почти пропел качок, бухаясь на одно колено перед попятившейся от него кентаврихой. – Едва увидев вас, скачущей по полям возле моей усадьбы, я сразу понял, что это судьба. Ваши развевающиеся черные как смоль волосы, стройные ноги и прекрасное платье… Любовь с первого взгляда поразила мое сердце, и оно больше не может биться. А сейчас, когда я увидел, как вы везете на своей прекрасной спине этого человека, я просто не мог больше сдерживаться!
Слушая разглагольствования Лапушкина, я глядел на отступающую задом Гересту, что для нее, как вообще-то и для настоящей лошади, дело непростое! Даже после всех наших тренировок.
Если подумать, один из особняков Лопатиных, бывший этим летом резиденцией моей Зайки, действительно находится неподалеку от имения Лапушкиных. А моя копытная ученица, едва ее доставили вместе с совухом к нам в дом, охренев от качества и силы современных блочных луков, а особенно от дорогих охотничьих образцов, развлекала себя тем, что днями носилась по лесам и полям. Изображая из себя то ли Артемиду, то ли Диану, а может быть, обеих этих дам, вместе взятых, благо вроде бы это одна и та же личность. Зато на ужин у нас этим летом почти всегда была свежая дичь! В компании с магессами, а особенно с богиней никаких паразитов или инфекций можно было не опасаться.
Кстати, Иви, вооружившись полюбившейся ей мощной пневматической винтовкой «Baikal MP-888S Sniper», иногда присоединялась к этим забавам. И тогда они уже на пару с ушастой изводили зверушек поистине промышленными темпами. Совершенно не понимая, по какой такой причине остальные девочки не испытывают ровным счетом никакой страсти к охоте. И как это вообще может быть «птичку жалко…».
– Учитель! Спасите меня от этого гномо-орка! – возопила наконец копытная, в панике попытавшись спрятаться за меня. – Я его сейчас… копытом!
– Не возражаю, – устало произнес я, качая головой.
И она действительно, выпрыгнув из-за своего укрытия, постаралась аккуратненько лягнуть Лапушкина передней ногой. Вот только… я даже с интересом вздернул одну бровь, когда кажущийся неуклюжим качок ловко поймал копытце и смачно так поцеловал. Словно старый извращенец ручку барышни на очередном приеме. Мои девочки, которым часто приходилось терпеть нечто подобное на званых раутах, таких кадров особенно не любили и постоянно мне жаловались.
Не ожидавшая ничего подобного Гереста завизжала, как маленькая девочка, а не суровая воительница. Вырвала ногу из рук и лихо, одним прыжком развернувшись, идеально провела классический прием «Никогда не подходите к лошади сзади!». То есть банально лягнула идиота.
Вспыхнул магический щит, в который, собственно, и ударились копыта. Но парня все равно снесло и впечатало в ближайшую стену. Так что он сполз и остался лежать на земле, глупо чему-то улыбаясь. Собравшиеся же на концерт зрители дружно зааплодировали моей четвероногой спутнице.