«Такое ощущение, – задумался старый маг, – будто на озёрной глади разошли круги по воде. Нет, как будто порыв ветра создал рябь по водной поверхности. Но такого просто не может быть, так как это означает астральную бурю, которой не было уже очень давно».
Из задумчивости ректора вывел доклад одного из магов:
– Глава, с нами начали связываться из следящих башен, что установлены вокруг столицы. Был даже запрос с одной из границ.
– Это насколько же сильное возмущение должно было быть, раз его заметили даже на границе империи? – спросил глава академии скорее сам себя. После чего опять ушел в себя, глубоко задумавшись о происшедшем. Затем, сообразив, что надо как-то реагировать, повернулся к замершим магам и стал раздавать приказы: – Организуйте срочные патрули и осмотры. Начните со старого квартала, привлекайте всех, даже городскую стражу.
Один из магов хотел что-то спросить, но ректор раздражительно отмахнулся от него:
– Я немедленно отправляюсь к императору с докладом.
О выводах, что сделал его друг Рик, и тем более об ажиотаже в академии, который вызвала его выходка, молодой барон де Шен не знал. Да и не мог знать. Впрочем, сейчас его интересовал только один вопрос: что это за люди, что попытались у него под носом похитить одного из его друзей. Этим он и занялся…
Я поднялся на террасу, на которой мой верный Пилар уже закончил сервировать столик. На один из приготовленных им стульев усадил девушку, а Рык остался рядом с ней, улёгшись на пол и положив свою тяжёлую голову на колени Машени. Нос зверя при этом смешно подёргивался: он принюхивался к тому, что стояло на столе.
Решив, что сначала надо снять стресс, я не стал сразу расспрашивать о произошедшем, и мы просто пили мой любимый отвар, заедая его печеньем с вареньем. Разумеется, к нам присоединился Рик, а чуть погодя уже вся терраса вокруг нас была заставлена столиками и принесёнными из квартир стульями, на которых расположились одноклассники, из которых никто не остался безучастным. Да, мое вмешательство стало решающим, но я не сомневался, что любой из парней, не говоря уже о девушках, по определению вступился бы за хрупкую Машени.
Пауза не могла длиться вечно. Все собравшиеся тихо переговаривались между собой, кто-то, чтобы разрядить обстановку, пытался шутить, но ребята не решались коснуться больной темы. Этот вопрос оставили на меня. Так что, допив первую кружку и налив себе другую, я посмотрел на одноклассницу. По тому, как она подобралась и напряглась, стало понятно, что, хотя ей всё ещё страшно, к беседе девушка готова.
– Машени, – начал я, и вокруг тут же наступила звенящая тишина, один только Рык продолжал выпрашивать у девушки лакомые кусочки печенья. – Мне необходимо знать, кто это был и что там произошло.
– Я… – робко начала одноклассница.
Однако я её мягко остановил и продолжил свою речь:
– Но перед тем, как ты начнёшь свой рассказ, хочу тебя заверить, что, во-первых, это никак не повлияет на моё к тебе отношение, и я буду на твоей стороне. Во-вторых, никто из присутствующих, – произнёс я и обвёл взглядом собравшихся, на что они сразу согласно закивали, – не будет распространяться о том, что они от тебя узнают. Это будет наша общая тайна.
– Я вам верю, – улыбнулась мне девушка, – и не собиралась ничего скрывать от вас. – Произнеся это, она замолчала ненадолго, собираясь с мыслями. – Меня в возрасте четырёх лет продали в рабство секте Марша… – После этих слов Машени нервно сглотнула, но стойко продолжила: – Моя семья была бедна, да и в наших краях подобные вещи считаются нормальным явлением.
– Вот только мало кто продаёт своих детей сектантам, – тихо, буквально себе под нос пробурчал Рик, но я его услышал.
– Сектанты выбрали меня не просто так, – продолжила тем временем девушка. – Не знаю, как, но у них есть способ заранее удостовериться, что в ребенке пробудится магический дар. Поэтому среди всех моих родных выбрали именно меня. Секта Марша растит одарённых детей, чтобы потом, когда они наберутся сил, ритуально принести их в жертву своему божеству.
– Но зачем? – потрясенно ахнул кто-то из девчат.
Да, этот вопрос просто витал в воздухе.
– Чтобы самим стать сильнее, – пожала плечами Машени. – Их божество, которому они приносят кровавые жертвы, делится с ними силами. Чем сильнее жертва, тем больше сил они в итоге приобретут.
Её рассказ прервал треск дерева. Я даже не сразу понял, что именно я являюсь его источником: мои пальцы так сильно сжались, что подлокотники кресла просто треснули. Причем не просто так треснули, они буквально разлетелись в щепки. А все окружающие при этом ощутили, как их чудом миновала страшная смерть. Один только Рык вскинул голову, но поняв, что прямой опасности нет, вернул её на колени девушки, при этом потершись о её руки.