В Дырявом котле бармен Том с понимающей улыбкой кивнул самому себе, глядя, как Миа открывает проход. Косую аллею Грейнджеры-старшие посещали уже не в первый раз. Но, тем не менее, нам с Миа почти на каждом шагу удавалось найти диковинки, ранее не виданные Дэном и Эммой, и на которые стоило обратить внимание. Так что коротенькая прогулка по аллее затянулась почти на двадцать минут… и это очень и очень немного, с учетом того, что Дэну и Эмме удалось, правда не без труда, оттащить Миа от манящих дверей «Флориш и Блоттс».
Первым, что бросилось нам в глаза в холле Гринготтса, была Молли Уизли с Роном и Джинни. Женщина зорко оглядывалась по сторонам, но отнюдь не торопилась занять место в очереди к какому-либо из присутствовавших в зале гоблинов.
Заметив, что мы показались в зале, она кинулась к нам, волоком протащив своих детей за собой.
— О! И вы тоже здесь? А нам пришлось прийти сюда: взять в банке немного денег на покупки. Оказывается, драконья печень так вздорожала, так вздорожала… восемнадцать сиклей за унцию, ну где же это видано! …
Продолжая щебетать, она постаралась притиснуть Рона к Миа. Это заставило меня задуматься о некоторых аспектах понятия «лояльность» и о сложных взаимоотношениях в среде воинов Света. О том же, что я почти рефлекторно убрал девочку себе за спину, намертво перекрыв любую возможность для рыжего к ней приблизиться — можно и вовсе не упоминать. Впрочем, последнее ничуть не смутило Молли, и она «совершенно случайно» поменяла своих детей местами, вызвав задумчивый хмык со стороны Миа.
Наблюдавший весь этот цирк Дэн не стал проверять, как быстро закончатся мои терпение и нежелание убивать прилюдно. Он подошел к одному из гоблинов, от конторки которого только что отлетел очередной проситель кредита, и обратился к хозяину рабочего места:
— Я — Дэн Грейндер. Мне сказали…
— Да-да, разумеется. — Взгляд свартальва из презрительного стал заинтересованным. — Ваше имя есть в списке тех, кого следует обслуживать без очереди. Соблаговолите обождать. — Обратился гоблин к багровому от возмущения волшебнику в роскошной мантии, которые отстоял довольно длинную очередь, а тут какой-то магл… — Или же можете обратиться к любому другому оператору. — Гоблин махнул рукой, указывая на остальных работников зала… к каждому из которых стояла длинная очередь. Пройдемте. — Фокус внимания гоблина вернулся к Дэну, начисто исключив начавшего в голос возмущаться волшебника из сферы своих интересов.
— Я… — Начал Дэн, собираясь объяснить, что он тут не один.
— Конечно, конечно. Идемте. Юный наследник Поттер и ваша семья есть в списках.
Искусно маневрируя в толпе, гоблин оказался возле нас раза в два быстрее, чем Дэн добирался до него. Каждое его движение выдавало большой опыт в этом хитром деле.
— Наследник Поттер. Мисс Грейнджер. Миссис Грейнджер… Прошу проследовать за мной.
— Но… — Начала Молли.
— Вы можете обратиться к любому работнику зала в общем порядке. — Срезал ее гоблин. При этом он улыбнулся, показав клыки, что означало бы угрозу, если бы Молли была способна ее понять. Но так как гоблин, похоже, был твердо уверен в ее непонимании — то это было скорее издевкой.
Не обращая внимания на молча открывающую и закрывающую рот Молли мы проследовали за гоблином. Он отвел нас в те глубины банка, в которые рисковало погружаться весьма малое число волшебников. Там, в кабинете, предназначенном для «встреч с представителями семейств, значительными средствами участвующих в операциях банка» нас ждал управляющий рода Поттер.
— Наследник Поттер. Да преумножатся Ваши богатства, и да познают Ваши враги Ваш гнев. — Приветствовал меня пожилой гоблин. — Я — Мотсогнир. Управляющий Вашего семейного хранилища. До сих пор Вы, имели дело с управляющим Вашего личного, или школьного сейфа. Но сегодня, если я правильно понял обращение Дамблдора, Вы желаете посетить основное хранилище, из которого Ваш регент дал разрешение потратить некоторую сумму…
— Не совсем так. — Я покачал головой. — Я хотел бы, чтобы пока родители Гермионы оформляют ее стипендию, мы с ней проехались бы по моим хранилищам. — Я подчеркнул последнее слово, намекая, что хотел бы посетить и личный сейф, не учтенный в списке богатств семейства Поттер.
— Хорошо. — Согласился Мотсогнир. — Если Вы настолько доверяете юной леди, и если ее родители не возражают…
— Гринготтсу я доверяю свои деньги. — Иногда в общении со свартальвами пафос становился просто необходим. — Гермионе я доверяю свою жизнь и свою душу.
В глазах пожилого гоблина мелькнуло пламя, показавшее, что он понял меня правильно. Родители Миа не возражали против поездки их дочери, и мы помчались на тележках по подземным путям Свартальвхейма.
— Мори… — Тихо обратилась девочка ко мне, явно надеясь, что Мотсогнир не услышит.
Зря, конечно. Слух у Свартальвов весьма и весьма… избирательный. И услышать наш разговор, отсеяв стук колес тележки и прочее эхо, для него труда не составит. Впрочем, Миа тут же дернулась, показав, что отслеживает окружающую обстановку не только глазами и ушами, но и ментально. Я сжал руку девочки, подбадривая ее.
— Мори… — повторила она, — а почему господин Мотсогнир… — гоблин приосанился, — стал так преувеличенно почтителен, после того, как ты сказал… — Девочка потупилась.
— Очень просто. — Ответил я. — Он меня правильно понял: я сказал, что собираюсь сделать тебе предложение, как только твои родители посчитают тебя достаточно взрослой, чтобы его принять.
Миа снова вспыхнула. Что у нее сегодня за день смущения? Ведь когда я сказал Блэку практически тоже самое — она так не смущалась? Иногда понять девочку не помогает даже многовековой опыт и развитая эмпатия.
В основном хранилище я усмехнулся. Если в школьной ячейке, куда меня водил Хагрид, золото было навалено грудам, то здесь оно было аккуратно уложено в ящики, что было, конечно, не так эффектно, но зато гораздо более удобно.
Мотсогнир достал с пояса мешочек, и некий артефакт, напоминающий сито. Приставив сито к горловине мешочка он произнес:
— Пятьсот галеонов.
И стал нагребать в сито золотые монеты. Те, полежав несколько секунд, пропадали. Но вот, наконец, последняя пригоршня монет, брошенных гоблином, исчезать отказалась. Мотсогнир убрал не исчезнувшие монеты в сундук, а мешочек протянул мне со словами:
— Пятьсот галеонов, как и заказывали.
— Благодарю. — Я склонил голову, забирая мешочек. — Еще в отчете банка, переданном мне регентом рода, сказано, что в эту ячейку поместили некоторые… предметы, найденные в развалинах… моего прежнего дома.
— Конечно. — Согласился гобли. — Пройдемте.
Я шагнул за свартальвом, предвкушая радость Миа. Ведь на развалинах было найдено несколько книг, не то, чтобы «запрещенных», но скорее «не рекомендованных» Министерством. Так что найти их в свободной продаже было можно… но проблематично.
Хоть в этом я не ошибся. Реакцией на появление на свет толстых томов, которые неведомо где раздобыла Лили Поттер (о чем свидетельствовал ее личный экслибрис) — ожидаемо был восторженный визг и крепкие объятия. Хоть в чем-то я сегодня не смутил, но порадовал столь дорогую мне девочку. Мотсогнир осуждающе покачал головой, но промолчал.
Следующей точкой маршрута был мой личный сейф где я взял еще две сотни галеонов, и пару заготовок, выполненных мастерами свартальвов.
Осматривая практически пустое (в особенности — по сравнению с родовым сейфом Поттеров) хранилище, Миа задала вопрос Мотсогниру:
— А разве Гринготтс не обязан информировать опекуна… — она запнулась, но все-таки решила использовать мое «официальное» имя, — … гарри о том, что у него появился еще один сейф?
-Вообще говоря, — улыбнулся свартальв, не показывая зубов, — мы действиетльно обязаны извещать опекуна несовершеннолетнего волшебника о столь серьезных изменениях в его финансовом положении. И если бы наследник Поттер, скажем, раздобыл Философский камень, и начал поставлять нам золото… то, несмотря даже на убыточность данной операции… — гоблин посмотрел на Миа, убеждаясь, что такие подробности о символе алхимии ей известны, — мы вынуждены были бы известить личного опекуна наследника и регента рода. — Я кивнул, показывая, что понял намек. — Но поскольку ссориться с единственным поставщиком необходимых Свартальвхейму ресурсов — было бы не выгодно и просто глупо, то Совет директоров Гринготтса принял решение руководствоваться скорее духом договора, которых заключил с банком род Поттеров, чем буквой, и не извещать опекуна наследника.