Рут принесла подарки обратно в офис и пристроила на столе так, чтобы поглядывать на них. Почему-то ей казалось, что отдать эти вещи Кейт очень важно, еще важнее — повидаться с Кейт, но при всей своей профессиональной напористости Рут стеснялась предупредить ее о своем визите звонком. А если в этот момент Кейт будет кормить малыша? Или не узнает голос и воскликнет «A-а, Рут!» таким тоном, к которому обычно прибегают люди, чтобы собеседники не заподозрили, что их абсолютно не помнят? Она снова взглянула на подарки, потом на экран, где в почтовом ящике ждали три оставшихся без ответа письма от Лоры из Лидса. Рут даже не читала их. Она догадывалась, что все письма будут об одном и том же — приготовлениях к свадьбе, выборе стиральной машины и так далее, а всем этим она была сыта по горло. Глубоко вздохнув, она набрала номер Кейт.
Телефон звонил и звонил, трубку никто не брал, и Рут уже собиралась отключиться, как вдруг услышала запыхавшийся голос Кейт:
— Алло!
— Кейт?
— Да.
— Это… Рут.
Пауза. Затем Кейт воскликнула:
— A-а, Рут!
Рут сглотнула.
— Ты кормила ребенка?
— Если бы кормила, не подошла бы к телефону, — объяснила Кейт. — Когда я его кормлю, для меня больше ничего не существует. Так и должно быть.
— Я хотела узнать…
— Да?
— Нельзя ли… нельзя ли мне зайти взглянуть на малыша?
— Мм… — замялась Кейт и затем добавила другим тоном: — Конечно, можно.
— Но если это неудобно…
— Что ты! — откликнулась Кейт. — Все удобно!
— Может бить, после работы…
— Да-да. В самый раз. Приходи после работы. Какой сегодня день?
— Четверг.
— Приходи в понедельник, — предложила Кейт. — Барни пораньше вернется с работы, — помолчав, она добавила: — Спасибо, что позвонила.
— Мне просто захотелось, — призналась Рут и снова взглянула на пакет с подарками. — Честное слово.
Рассел перехватил Розу на лестнице с охапкой постельного белья, только что снятого с кровати.
— Роза…
— Что?
— Я только хотел спросить, — начал Рассел таким тоном, словно собирался высказать философскую гипотезу, — не могла бы ты отнести все это в прачечную самообслуживания?
— Что-что?
— Ты же слышала. А если нет — повторяю вежливо и внятно: ты не могла бы…
— Папа, я сама засуну белье в стиральную машину, — пообещала Роза, — сама выну, переложу в сушилку, а когда высохнет, сама отнесу наверх и застелю постель, так что мое постельное белье не доставит неудобств никому — повторяю, никому! — кроме меня.
Рассел вздохнул:
— Не в этом дело.
— А в чем?
— Твоя самостоятельность тут ни при чем. Просто машину приходится загружать несколько раз…
— Сегодня же суббота…
— Вот именно. В субботу у твоей матери два спектакля, все заняты стиркой, вся кухня завалена простынями и рубашками…
— Так это мама тебя послала?
— Нет, — перебил Рассел, — я просто понаблюдал за ней минут десять.
— И послушал.
— И подумал, что ей не помешает передышка хотя бы на стиральном фронте.
Роза задумалась.
— Понятно.
— Вот и хорошо.
— А Мэтью и Ласло ты тоже велел тащить белье в прачечную?
— К сожалению, Мэтью уже загрузил свое в машинку, — объяснил Рассел, — да еще на какой-то невообразимо длинный цикл, и ушел. А Ласло я попрошу о таком же одолжении, как тебя.
Роза перевела взгляд на свое белье.
— Я сама его попрошу, — равнодушным тоном пообещала она.
Лицо Рассела посветлело.
— Спасибо!
— Скажи, папа…
Рассел, уже собирающийся спуститься с лестницы, остановился.
— Да?
— Почему мама не отправляет все наше белье в прачечную?
Рассел медлил. Мгновение Розе казалось, что он вот-вот ответит, но он просто пожал плечами и двинулся своей дорогой.
— Просто спроси ее, — посоветовала ему вслед Роза.