- Сегодня выходной? – Давид сиял как начищенная монетка, буквально лучась от счастья. Должно быть соскучился, родной мой.
- Ага. Слияние компаний успешно закончено, - довольно улыбнулась, радуясь проделанной работе.
И тут произошло это – маленькая Ольга вдруг неловко дернуло рукой и бокал с её соком вдруг упал на стол, пачкая белоснежную скатерть. Но это ещё ничего – реакция обоих – отца и дочери, вот что меня удивило больше всего. Оба вдруг в секундные мановения вылетели из-за стола, и если девочка вдруг резко скуксилась от страха и спряталась за спиной отца, то тот в защитном жесте поднял руку мертвенно побледнев и произнеся:
- Не трогайте ребенка, накажите лучше меня, я все отработаю… - тихим, дрожащим голосом.
Удивленно воззрилась на эта сцену еле как заставив себя не ронять челюсть за стол. Впрочем, то, что я узнала о Марике явно говорит не в её пользу, но чтобы настолько…
- Давид, милый, - постаралась сказать, как можно мягче бегло посмотрев на такого же изумленного до глубины души, как и я, мужа, - возьми девочек и идите погуляйте в саду.
- Мама? – Линда, кажется, вообще не поняла, что происходит. Оно и к лучшему.
- Все в порядке, детка. Бегите! – ласково ей улыбнулась. Та пожала плечами и вскоре дети были уведены из столовой, оставив меня наедине с бледным испуганным вторым мужем. Покачала головой – пожалуй, я и так уже слишком затянула с выяснениями отношений. Но для начала хотелось разобраться ещё кое с чем.
- Разденься, - голос опустился ниже, интонационно выделяя четкий приказ. Я должна знать точно, что происходит, а для этого мне надо больше данных, которые я намерена получить любыми способами.
Однако, к моему удивлению, мужчина не медлил ни секунды, быстро, но очень аккуратно избавляясь от одежды, складывая её стопкой на ближайший стул. Надо же, а я думала придется заставлять или нечто подобное. Но так даже лучше.
Внимательно и не без удовольствия осмотрела гибкое поджарое тело второго мужа. Одобрительно кивнула.
- Спиной, - мой голос был все также бесстрастен. Иии.. едва сдержала ругательства так как мои подозрения полностью оправдались – вся спина, бедра, зад, плечи и даже лодыжки мужчины покрывали шрамы. Страшные безобразные шрамы, полученные явно чем-то… ммм, а, кстати, чем?
Не удержалась и подошла поближе, чтобы коснуться неровной кожи спины, прослеживая пальцами наиболее вспухший рубец. Судя по состоянию кожи перед смертью моя «дорогая» подруга тоже нехило так развлеклась, хотя было видно, что большинство ран уже зажило. Мужчина вздрогнул, но не сделал ни малейшей попытки отстраниться или обернуться ко мне.
- Чем это? – не то чтобы это имело какие-то значение, но почему-то знать хотелось.
- Кнут. Куда и как я должен встать? – в его голосе отсутствовали вообще какие-либо эмоции, словно говорил это сейчас не он.
Тихо вздохнула – мне необходимо уточнить ещё несколько моментов.
- Пока никуда. Стой так, - не хочу сейчас чтобы он оборачивался и мог видеть меня – у меня слишком дрожат для этого руки, да и глаза на мокром месте. – За что тебя обычно наказывали? – мне хотелось это узнать, хоть и я прекрасно понимала, что лучше мне от этого точно не станет.
- Мне перечислить?
- Да.
- Выполнял домашние дела с задержкой, чтобы не зарывался, профилактическая порка. Иногда брал вину Ольги на себя. Ну и каждый раз после встреч с вами…
Последнее меня волновало особо. Впрочем, про ребенка он тоже не зря упоминал.
- Она била ребенка? – надеюсь по голосу не слышно, что я тут уже чуть ли не плачу.
- Иногда. Ремнем, все быстро заживало.
Покачала головой – это не нормально! Мы живем в современном обществе, где женщины пусть и полностью захватили всю власть, но мужчины от этого не стали вторым сортом или ещё кем. Да, жена имела полное право физически наказать мужа, но чтобы так… Невольно пришла мысль о том, сколько же ещё ненормальных садисток пользуется подобным законом в свою пользу. Нет, не хочу об этом думать!
- Хорошо, - хотя что уж тут может быть хорошего, - что на счет наших встреч. С ними что не так?
Мужчина вздрогнул повторно, хотя в этот раз я его даже не трогала.
- Отвечай! – немного надавила голосом, заметив, что отвечать он не спешит.
- Я… Я дико завидовал Давиду. Вы с самой нашей встречи не были похожи на злобную госпожу. Вы интересовались мужем, его мнением, его желаниями… Я… вы понравились мне. Госпожа это заметила и сначала доставалось сильно, но потом, когда я начал изображать презрение и огрызаться все немного наладилось. Мне доставалось, но уже не так сильно. Простите, - под конец речи его тихий голос был и вовсе не различим.