— Для тебя оно все еще доброе, потому, что ты — новенькая! — вторила ей Тильда.
Я решила не отвечать на эти колкости и принялась есть свой завтрак. Злиться мне сейчас было нельзя — неизвестно, что я могу натворить, если потеряю контроль.
— А как тебя зовут? — спросила Лина, пристально рассматривая меня. — Кажется, Агнес?
— Айрес! — сдавленно проговорила я. — Меня зовут Айрес!
— Я такая забывчивая становлюсь, когда меня знакомят с новичками! — хитро улыбнулась собеседница.
Я снова сдержалась, чтобы не ответить ей. Эта горничная считала, что раз она давно здесь работает, то может позволить себе все, что угодно. Если бы она только знала, с кем разговаривает, она бы не была такой смелой.
Девушки все еще сверлили меня своими пронзительными взглядами, а я старалась их не замечать.
— А как ты попала сюда? — спросила Тильда.
— Я из деревни, подвластной Ленару Олларну. Он и привел меня взамен старухи Ниты, — уверенно лгала я, рассказывая уже в который раз придуманную Денвером легенду.
— Странно, я думала, что возьмут кого-то из нас! — протянула Лина. Ее резкие черты лица все больше заострялись, когда она смотрела на меня. Казалось, что она бы вцепилась мне в волосы, если бы здесь не было столько народа.
— Брось, Лина! — неожиданно поддержала меня Тильда. — Ты же знаешь, что Гретхен не любит менять свои предпочтения и выбирает лишь проверенных людей.
Гретхен — экономка короля. Эта высокая и худая женщина средних лет руководит всей хозяйственной частью замка. Говорят, что она приходится его величеству дальней родственницей и поэтому он взял ее на службу. В подчинении Гретхен находятся сотни людей и все бояться ее, как огня. Ведь стоит сказать ей только слово и виновный в каком-либо проступке отправляется в темницу.
— Тильда! — вскинулась Лина на свою товарку.
— А что? — уверенно заявила та. — Если бы это было неправда, ты бы давно служила в королевских покоях!
Лина опять вспыхнула и хотела обидеться на подругу, но потом, видимо, передумала и переключила свое внимание на меня.
— Ну и как тебе в замке? — спросила она. — Наверняка, в твоей деревне не было ничего подобного!
Я решила идти до конца и играть свою роль деревенской девушки. Я удивленно вскинула брови и широко раскрыла глаза.
— Я видела здесь столько чудес! — воскликнула я, пытаясь казаться искренней.
Лина просто покатилась со смеху. Тильда пару мгновений помолчала, но затем тоже принялась хохотать. Я внутренне радовалась, что мне удалось так легко их обмануть и наблюдала за ними. Когда взрыв смеха был позади, Лина снова спросила меня:
— А сколько тебе лет? Ты ведешь себя, как наивный ребенок! Это же надо, называть замок чудом!
Даже Редж не спрашивал меня о возрасте. Очевидно, в наглости ему не удастся перещеголять эту горничную.
— Мне двадцать, — спокойно ответила я.
Тильда закатила глаза.
— Тебе повезло! Я на пять лет старше тебя, а все никак не выйду из горничных! — сказала она.
— Зато она скоро выскочит замуж за конюха! — засмеялась Лина, обращаясь ко мне.
— А тебе и такое не светит! — огрызнулась Тильда. Ей не нравилось, что подруга все время издевается над ней.
Лина отвернулась к огню и стала, молча, злиться на свою собеседницу.
Вдруг к нам подбежал босоногий мальчишка лет десяти. Он дернул Лину за рукав и закричал:
— Госпожа Эрин проснулась и требует свой мятный чай! Хватит сидеть! Меня и так ругают из-за тебя!
— Отстань, мелкий паршивец! — взвилась Лина, хватая мальчишку за ухо. — Я уже иду! Зачем было так орать?
Мальчик закричал, вырываясь из рук горничной и отскочил прочь.
— Злюка! — закричал он. — Чтоб тебя в темницу бросили!
— Пошел прочь! — закричала Лина и мальчишка тут же убежал.
Лина стала быстро поправлять прическу и платье.
— И вздумалось ей пить чай с утра! До завтрака еще два часа! Чего бы ей не дрыхнуть на своей пуховой перине! Эй, Самерс! Готовь этой дуре Эрин чай! — крикнула она одному из поваров, который отвечал за напитки на этой кухне.
— Чего бы тебе не перестать обзывать ее, Лина! — ответил ей повар. Он был таким же, как и множество людей его профессии — среднего роста с большим животом и расплывшимся лицом, которое, впрочем, имело очень добродушный вид. — Еще чего доброго, тебя услышат и тогда всем не поздоровится!
— А и пусть! — дерзко ответила Лина. — Мне плевать, что эта дура себе думает! Кто бы знал, как мне надоело прислуживать ей и терпеть ее выходки!
Горничная еще несколько минут отчитывала неизвестную мне Эрин, а потом взяла поднос с чаем и вышла из кухни.