– Это ответ на твой вопрос?
Его горло опасно сжалось.
– Продолжай есть.
У меня было такое чувство, что мне понадобятся все мои силы. Я принялась за яичницу, а он наблюдал за мной. Когда с тарелки исчезла последняя ягода черники, Джулиан забрал у меня поднос. Я отправила ягоду в рот и протянула ему вилку. Джулиан поставил поднос на прикроватный столик. Теперь, когда я наелась, ожидал ли он, что настала его очередь насытиться? От этой мысли я невольно вздрогнула и позволила простыне соскользнуть вниз.
Его взгляд неотрывно следил за траекторией ее движения, а когда он поднялся на меня, в глазах Джулиана заискрился озорной огонек. Однако, облизнув губы, он тут же отвернулся.
– Я хотел бы проверить, как заживают укусы от моих клыков.
Укусы. Это слово растопило мое сердце. Большая часть прошлой ночи прошла в прикосновениях кожи к коже, привкусе пота и боли от зубов. Я почувствовала не один укус, но не знала, сколько всего их было.
– Ты уверен, что не хочешь позавтракать? – спросила я многозначительно.
– Мне девятьсот лет, Тея, – произнес Джулиан с легкой хрипотцой в голосе. – Мне нужна кровь только раз в несколько дней.
– А? – Я прикусила губу. – А прошлой ночью?
– Я употребил столько, что хватит на целый месяц.
От этого признания его челюсть напряглась, и я поймала себя на том, что хочу протянуть руку и успокоить его.
– Прошлой ночью все было иначе, – тихо произнесла я. – Нам это было нужно.
Джулиан покачал головой, и я поняла, что он со мной не согласится. По крайней мере, пока не убедится, что не причинил мне вреда. Пальцы без перчаток коснулись моей груди, и я не смогла сдержать стон.
Джулиан кашлянул:
– Котенок…
– Прости, – произнесла я, чувствуя себя неловко, потому что не могла контролировать свои реакции на его прикосновения. Он нежно провел большим пальцем по груди, и я снова не сдержала стона.
– Ты их видишь? – тихо спросил он.
Я опустила взгляд на его большой палец, которым Джулиан продолжал описывать круги на моей коже, и старалась не забыть, почему он прикасается ко мне. На внутренней стороне моей левой груди можно было различить две едва заметные жемчужно-белые точки, напоминающие рубцы.
– Они зажили, – удивилась я.
– Почти. Я не хотел, чтобы твои раны кровоточили.
Я не могла отвести взгляд от свидетельства его страстного поцелуя.
– А шрамов не останется?
– Останутся, – тихо сказал он. – Я должен был заранее предупредить тебя.
– У меня будут шрамы каждый раз? – спросила я.
– Похоже, что так. На некоторых участках кожи вероятность появления рубцов выше. – Джулиан поднял взгляд и внимательно посмотрел на меня. Он оставался невозмутимым, скрывая свои эмоции по этому вопросу, потому что ждал услышать, что я думаю. – Тебя это беспокоит?
– Не совсем. – Я лишь пожала плечами, хотя внутри все сжалось от волнения при воспоминании о шраме. – А тебя? – поинтересовалась я.
Он проигнорировал мой вопрос.
– У тебя так сильно бьется сердце. Пожалуйста, поделись, что ты чувствуешь на самом деле.
– Это… это меня возбуждает, – произнесла я, слегка прикусив губу.
Маска Джулиана треснула, выдавая его удивление.
– Тебе нравится наличие отметин от моих клыков?
Я немного помедлила, прежде чем кивнуть в знак согласия.
– Даже если от них остаются шрамы?
Он говорил так, словно не верил мне – не мог поверить.
– А почему бы и нет? – бросила я ему ненавязчивый вызов. – Мне нравится в тебе все. И я горжусь тем, что на моем теле есть отметины от твоих клыков. Это значит, что я принадлежу тебе.
– Думаю, это значит, что я принадлежу тебе, – поправил он меня.
Его голос прозвучал так тихо, что я почувствовала, как у меня по телу словно прочертили раскаленную линию. А затем он добавил:
– Потому что отметины моих укусов на тебе – это самое страстное, что я видел за девятьсот лет своей жизни.
Когда его взгляд потемнел, а тело напряглось, как у хищника, у меня пересохло в горле. Мне казалось, что он сейчас набросится на меня, и всем своим существом я жаждала, чтобы он так и поступил.
Его рука медленно опустилась, на мгновение задержавшись, чтобы сместить ткань с моего бедра и открыть взору линию бикини.
– Здесь, – сказал он, обводя кончиком указательного пальца маленькие шрамы. – Вот здесь два.
Я заставила себя дышать, когда Джулиан опустил руки еще ниже.
– А еще здесь.
Когда он дотронулся до шрамов, меня словно пронзило током, и я ахнула.
– Есть еще один аспект, о котором тебе следует знать.
Он продолжал поглаживать шрамы, и с каждым его прикосновением у меня все сильнее и сильнее кружилась голова.