Разговор стих. Темы прошлого редко поднимали. Пережитая в былые годы борьба со своими моральными ценностями, когда ты не можешь сидеть без дела, потому что иначе твой мозг убьет тебя, и ты готов заниматься самыми бесполезными и нужными вещами, чтобы отвлечься от смертельных мыслей. Весь полёт фантазии, который не покидал тебя годами и который необходим исследователю, становился проклятием. Ты нуждался в нем, потому что исследования стали твоим смыслом, но лишь на мгновение терялся контроль, как воображение уходило далеко от темы изучения и приходило к тебе. К тебе, как личности, как к члену общества, как к человеку.
Теперь всё это было в прошлом. Внутренние терзания прекратились, как только удалось избавиться от того голоса, что размягчал сердце. Сейчас сердце стало крепче бетона, его не потревожат муки выбора или совести. Разум остался единственным, во что верят старые сотрудники, потому что иначе, если вспомнится, что человек состоит не только из холодного рассудка, но и чувств, дорога становится только одна — к сумасшествию.
— Тебе тоже недоплатили за прошлый месяц? — сменил тему разговора на более обыденную Николаич.
— Да, — спокойно поддержал переход Борисыч. — Складывается ощущение, что нас ценят всё меньше и меньше.
— Знать бы только, кто эти люди, что так хорошо относятся к своим сотрудникам, — Николаич выпустил недовольный клуб дыма.
— Да, надо было узнавать, кто владелец всего этого балагана, когда подписывал документы.
— Там всё равно подставное лицо. Я с охраной уже общался на эту тему. В документах либо подставные лица, либо промежуточные звенья. Настоящий владелец, которому отправляются все наши разработки, неизвестен.
— Даже так, — многозначительно кивнул головой Борисыч. — что же это за шишка, которая способна спонсировать все наши исследования, перевозки, обслуживание, здания. Тут не один миллиард долларов крутится.
Товарищ по несчастью пожал плечами:
— Черт знает. Как обычно: либо крупный политик, либо крупный бизнесмен. Хотя все они, могу спорить, в одном котле варятся.
— Думаешь, что мы здесь творим, уже все знают?
— В определённых кругах, думаю, да. Здесь слишком много людей задействовано, чтобы всё оставалось тайной.
— Тогда, надеюсь, скоро найдётся человек, которому он перейдёт дорогу. Пора уже прикрывать нашу лавочку.
— Уже нашёлся.
Сигареты дотлели и выстрелами пальцами полетели вниз. В отличие от пепла, смятая оболочка сумела достичь поверхности воды, но человеческий глаз двух исследователей никак не мог этого разглядеть. Перевесившись через перила, они искали, пущенные ими бычки, но безуспешно.
— Нашёлся? Сейчас расскажешь очередную байку от охраны? — без энтузиазма спросил Борисыч.
Байки их брат любил. Все происшествия на объекте уже стали рутиной, так что даже аварийные ситуации не спасали от той скуки, которая царила в серых стенах. Спасением были лишь новости из внешнего мира, а потому каждый новичок попадал под пристальное обслуживание матерых сотрудников. А как только молодняк оказывался словесно выпотрошен или если молодежью год обделил, все стремились послушать сплетни от службы безопасности, хотя бы опосредованно знающую обстановку за территорией объекта.
Время перекура уже закончилось. Следовало возвращаться к работе, но два друга не спешили уходить со свежего воздуха в здание, где от запаха крови и разложения не спасала даже недавно обновленная вентиляция.
— Может, и байка. Но, учитывая, какой кипишь поднялся два дня назад, я склонен верить их словам.
— Два дня назад? Да, охрана тогда знатно потела, да и заведующий носился весь день, как ошпаренный. Весь кабинет перерыли. Тогда ведь мы полдня не могли вернуться к работе, верно?
Чтобы не простаивать понапрасну, было решено выкурить по ещё одной сигарете. Разговор пошел нормально, да и историю травить обещался Николаич, так что Борисыч не стал возмущаться. В этот раз сигареты он нашел быстро и вскоре струйки дыма вновь взвились в небо.
— По-моему, мы до самого вечера бродили из угла в угол. У меня сигареты почти все закончились за тот день, — ответил Николаич.
— Да. А когда вернулся весь кабинет перевернут: половины документов нет, доступ к множеству файлов ограничили, ещё десятки потерли. Я с тех пор сильно не заморачиваюсь. Они же все последние образцы ещё опечатали и унесли, так что у меня только старые версии вируса остались и неудачные. И, разумеется, что уже в подопытных.