Первым успел мужчина. Я только и смог что сгруппироваться и подставить под первый удар не голову, а плече. Пистолет был за ремнем брюк под курткой и к нему надо было еще добраться.
От удара меня развернуло- я упал на спину на снег — боль особо не чувствовал, только растерянность и злость, нарастающую с каждой секундой. Пытаясь отодвинутся от ударов, закрываясь одной рукой, я все старался достать пистолет, совершенно не представляя, как я буду стрелять. В людей. Живых.
После пары оплеух- увесистых и уже ощутимых- я как- то отбросил гуманизм и думал только о том, как же исхитрится и вытащить этот чертов пистолет.
Девушка стояла рядом. Она просто наблюдала за действиями мужчина. Избиение происходило в полной тишине — я почему то не орал, а они вдвоем молчали. Дар у меня неожиданно загорелся на полную и я увидел, что мужчина просто под контролем, но девушка- у нее большой и плотный кокон. Она главная в этой связке.
После мучительных секунд растянувшихся в вечность, я таки вытащил ствол и направив его на мужчину, заорал чтоб он отошел по дальше понимая, что все бесполезно- он не послушается. Он сейчас полностью под влиянием. Я выстрелил в воздух- о чем думал- не помню, то ли что б нас все таки заметили, то ли что мужчина все же понял, что я не шучу.
Но эффекта не было.
Мужик приближался.
— Да уйди ты, ненормальный, я не хочу убивать- орал я ему. Но он шел как заведенный. А мне отбегать было не куда, уперся спиной в деревья и бетонное ограждение.
Девушка достала что-то из сумочки, окликнула мужчину и бросила ему в руку. Мужчина отвлекся на секунду, поймал предмет, развернул и я увидел в руках у него складной нож. И вот тут я, наконец, выстрелил. В голову. Девушке. Руки тряслись. Первая пуля просто сбила белую пушистую шапку. Вторая попала. В лоб. На снег брызнуло красным. Девушка упала сразу. Я видел рассыпающийся на темные хлопья пуха черный кокон, который слишком быстро таял на белом снегу.
Мужчина с удивлением уставился на раскрытый нож, на меня, на пистолет, перевел взгляд полный какого-то звериного ужаса на девушку и вдруг закричал. Он отбросил нож в сторону — стал отступать, пятясь к супермаркету. А я, как придурок, так и стоял по колено в снегу под елками со стволом в руках.
Второй появился быстро. Быстрее, чем можно было ожидать. Через какую-то сотую секунды он уже волок меня в сторону машины. Я запинаясь перебирал ногами, размахивал руками, но ствол не бросал. В машину он меня просто впечатал, захлопнув зло дверь и сразу же ударив по газам так, что Опель захрипел дернулся возмущаясь, но все же вывез.
Я думал он меня в бетон в Берлоге укатает. Лицо болело. Плече тоже и ребра. Мне здорово досталось от мужика. Губа кровоточила и я чувствовал как она напухает, увеличиваясь в пару раз. Но Второй молчал. Он сосредоточено смотрел на дорогу и за все время так ни разу и не глянул в мою сторону. Я попытался сказать что-то типа Прости- но он не слушал.
И только в Берлоге после того как он осмотрел все раны и ссадины и выдав вместо холодного компресса кусок замороженной курицы сказал.
— Разбора полетов не будет. Учись делать выводы сам. Первого ты себе уже записал.
А ночью я проснулся от того, что ко мне пришла девушка в короткой норковой шубке, белой шапочке и пулевым отверстием четко посредине лба.
— Зачем ты меня убил? — спросила она и дотронулась холодными мертвыми пальцами. Орал я долго. Второй проснулся, достал из тумбочки бутылку водки, поставил рядом со мной и объяснил.
— На первое время в качестве лекарства- поможет. Но их будет все больше…
После этого он со мной сутки не разговаривал.
Но я, наверное, себя наказывал больше, чем это мог сделать Второй. Ладно, что уж теперь.
Это я раньше мог думать- что все только сон и я смогу скоро проснуться. Но чем больше проходило времени, тем надежды что это сон, становилось все меньше.
Ехали мы на задание долго. Второй не захотел пробираться через город, в это время все основные магистрали были скованы пробками и можно было застрять на долго и вляпаться в нехорошую историю. По этому, решив нагнать чуть больший километраж но, сэкономив и время и нервы, Второй вырулил на окружную. Ехали молча. Я думал о скелетах в шкафу. И все больше хмурнел.
Второй глянул в мою сторону, отрывая взгляд от дороги. Погода была сырая, плюс вчерашний снегопад только добавил проблем.
— Чего задумался, Ян? Сидишь уставившись в одну точку, не разговариваешь.
— Да так. Второй, скажи, а у тебя нет чувства, что все что происходит это просто дешевый кинофильм?
— В смысле? — он вздернул брови вверх.
— Даже не знаю как сказать. Вот была у меня жизнь- может слишком спокойная и понятная- но жизнь. Я ходил на работу, знакомился с девчонками, ругался с приятелями, играл в он-лайн игрушку, вел несколько блогов. Я — жил. Я чувствовал каждый день, я был абсолютно нормальный. С нормальными интересами и запросами, такой как все. И это было здорово. Я думал что самое плохое, когда тебе поставили минус в репутацию или ты получил выговор от начальства, для меня счастьем было выиграть в какой-нибудь виртуальной битве или победить тролля на форуме. Я не любил смотреть ужастики или боевики. Мне комедии нравились, чтоб можно было собраться большой компанией, например, товарищей по клану и под пиво посмотреть какие- ни будь горячие головы или американский пирог.
И вдруг. Как обратная сторона луны или изнанка жизни. Все сразу наоборот. И жизнь, и друзья, и работа и фильмы.
Быстро и сразу.
Все вокруг черное. Понимаешь, Второй. Вообще все. — я замолчал. Я думал Второй сейчас психанет и начнет мне рассказывать, как космические корабли бороздят большой театр. Он же мастер по мотивации.
Но он как- то не торопился поднимать мне настроение бравыми лозунгами. Толи после сегодняшнего утреннего известия не до лозунгов было, толи думал немного по другому, чем учили в Клинике.
Он притормозил машину, остановился на обочине. Еще чуть- чуть помолчал, после начал говорить так, без предысторий.
— Темнота будет все время. Я знаю. И никуда от этого не дется. Не хотел отвлекаться на философию за рулем, сейчас выдам пару банальных истин и поедем дальше. Так вот. Тебе не будет легче. Это проверенно. Дальше все станет с каждым днем все сложнее и хуже. Ты поймешь, что выхода нет. Нормальной жизни, о которой ты до сих пор думаешь- больше не будет. Нормальной- в твоем понимании. Это когда дом, семья, работа и гости по субботам. У тебя ее не спросив, отобрали. Выбора не оставив. Это страшно. Я тоже знаю. Но…У тебя все равно будет жизнь. Пусть не нормальная. Но — жизнь. А вот кем ты будешь в этой своей жизни- тут уже можно выбирать. Хочешь быть просто овощем- вечно скулящим, жалующимся на судьбу- твое право. Можно засесть к Старику в бункер, делать прогнозы по аурам у клиентов и не подниматься на поверхность лет 40.Сидеть в инете, играть в он-лайн игры и вести блоги. Виртуально жениться и разводиться. И вычеркнуть из голову эту грязь. Притворится нормальным. Но разве это будет жизнь- так отражение реальности. Искаженная копия.
Но как можно, имея Дар сидеть в инете и играть в игрушки, если на свете творится такое? Знаешь, если бы у меня спросили, чего бы я больше всего сейчас хотел — я бы ответил- Дар. Мне не надо ничего. Мне нужен только Дар, потому что тогда я смогу видеть все сам. И я не буду таскать на задания и операции 80- летних старух или заставлять выкладываться на полную и даже через силу пацана, которого тошнит уже от Дара. Я душу бы продал — был бы хоть какой-то знакомый черт. Но даже в этом мне не повезло.
По- этому, когда ты сидишь и ноешь и говоришь, что все надоело, достало и ты хочешь быть как все- мне реально так и тянет дать тебе по шее и заставить посмотреть на мир другими глазами. У тебя внутри головы сидит чудо. Это чудо может помочь многим людям. Хорошим, плохим, злым, добрым- разным. Но людям. Ты важен и нужен. У тебя же есть цель в жизни. Тебе ее принесли, можно сказать, на тарелочке с голубой каёмочкой, а ты мало того что принять не хочешь, еще и отталкиваешь.