— А еще вы говорили, — широко шагая, произнес он, — чтобы я не трахал ваших мамаш. Но я снова не сдержался!
— Твою мать… — обреченно выдохнул я.
— Не, — не оборачиваясь, сказал Демон. — Не мою. Их! — он указал пальцем на «черепов».
Гопники одновременно достали из карманов уже знакомые мне ингаляторы и сунули их под маски, жадно вдыхая стимулятор. Неизвестно, какие у них дары и насколько их усилит «Благодать». Проверять это на своей шкуре не очень-то хотелось, но напарник не оставил мне никакого выбора.
— Только без мокрухи, — предупредил я.
— Ну что, астматики, — поинтересовался Демон, с хрустом разминая пальцы. — Начнем?
Черепа бросились на нас…
10. От судьбы не уйдешь
Злые, как черти, Кира и дядя Миша забрали нас из участка в третьем часу ночи, чем сильно обрадовали старшего сержанта Понамарева. Далее последовала дорога домой. Вместо музыки в машине моего родственника звучала его запальчивая и крайне матерная речь о том, что ему пришлось все связи задействовать, чтобы вытащить наши задницы из этой передряги.
Кира важно кивала и осуждающе поглядывала то на братца, то на меня. Да, я мог бы сказать, что оказался втянут в происходящее против своей воли, но кого это волнует? К тому же, никто меня за руку не держал и не мешал свалить сразу после того, как Демон помог отбиться от Черепов первый раз. Но я остался. Мой выбор. Правильный или нет, но отвечать за него тоже мне. Больше некому.
Демона же, судя по всему, нотации не слишком-то заботили. Он пялился в окно и довольно улыбался, видимо вспоминая, как протирал местными бандитами барную стойку и пол.
Я оптимизма напарника не разделял, прекрасно понимая, что нам попросту повезло. Пришедшие по наши души «черепа» оказались слабаками даже под «Благодатью». Разве что один проявил зачатки телекинеза, но не успел остановить стол, которым в него швырнул Демон.
И тут стоило отметить, что повезло нам с напарником дважды. Лишь чудом никто из бандитов не отбросил копыта. Кира сказала, что все отделались травмами и легким испугом. На наше счастье, камеры зафиксировали, что мы с Демоном защищались, да и заявление никто из участников драки писать не собирался, и дяде удалось все замять. О чем он повторял нам уже, кажется, в третий раз.
— Макс, — когда мы были не наедине, дядя не называл меня племянником и никак не подчеркивал нашу родственную связь. — Ты же недавно вышел по УДО. Соображаешь, что делаешь?
— Они первые начали, — буркнул я.
Оторвавшись от созерцания дороги и ночных улиц, дядя Миша повернулся и смерил меня и Демона суровым взглядом.
— Не пойму, — проникновенно произнес он, — я вас из участка забирал или из детского сада? Вам что, по пять лет? Молчите? Тогда я сам скажу. Не пять, блин, а в шесть раз больше! Это тридцать, если вы не в курсе. Тридцать, а не три! Вы вообще думаете, что творите?
— Хватит уже, старик, — Демон поглядел на моего дядю, словно на назойливую муху. — Ты же сам знаешь, что эти уроды сами напросились. В прошлый раз так же было.
— И мы договорились не лезть друг к другу, — напомнил дядя.
— Это как? — не понял я.
— Хером об косяк! — зло выпалил мой родственник и ударил ладонью по рулю. — Да, они бандиты, но если мы с ними серьезно закусимся, то достанется всем. Вот и порешали с их старшими, что они на наших объектах беспредела не чинят, а мы в их сторону особо пристально не смотрим. Что? — дядя поймал мой осуждающий взгляд в зеркале заднего вида. — Не нравится? Привыкай. Такие у нас здесь порядки.
— Паршивые порядки.
— Какие есть. — Дядя пожал плечами. — Ну или были. Черт его знает, что теперь станется.
— Да ничего не станется, — махнул рукой Демон. — Младшие Черепа попутали, получили от нас, а потом еще от своих же паханов получат. Вот и все. Конец истории.
— Хорошо бы, — тихо произнесла Кира, но тут же свела брови. — Но вас двоих это не оправдывает. Ладно еще ты, — она стрельнула глазами в сторону брата, после чего перевела взгляд на меня. — Но от тебя, Максим, я такого не ожидала.
— Люблю делать сюрпризы, — кисло улыбнулся я.
— Да он и не дрался особо, — неожиданно встал на мою сторону напарник, чем приятно меня удивил. Впрочем, ненадолго. — Толку с него, как с козла молока. Пару раз кулаками махнул, так что пришлось самому все разгребать.
— Это не повод для гордости, Дима! — тут же принялась отчитывать брата Кира. — Ты же понимаешь, что мог их покалечить?
— Но не покалечил же! Почти.
Кира не полезла за словом в карман, и перепалка одних родственников сменилась ссорой других. Мы с дядей переглянулись и решили не встревать. Меня такой расклад вполне устраивал. Я прекрасно понимал, что в случившемся есть и моя вина, но при этом терпеть не мог чувствовать себя виноватым. Для осознания собственной глупости чужие нотации мне не требовались, хватало и собственной «правильности». Но теперь уже ничего не попишешь.