— Так и знал, — я изобразил непомерную печаль, после чего заверил доктора. — Со мной все в порядке. Пара синяков и ушибов, но ничего серьезного.
— Рад слышать, но все же хочу убедиться сам, — Айболит вытянул руки. Одной он ловко ухватил меня за запястье, пальцы другой прислонил ко лбу и закрыл глаза. Застыв в одной позе где-то на минуту, доктор выпустил меня и отъехал в сторону. — Действительно, — кивнул он. — Ничего криминального нет. Но следи за давлением. Нижнее повышено. Есть тонометр?
— Собирался где-то ближе к пятидесяти прикупить…
— Уже пора, — серьезно заявил Айболит. — Даже если ты его не ощущаешь, давление может сыграть с тобой злую шутку.
— Насколько злую?
— Смертельно.
— Понял.
— Очень на это надеюсь, — Айболит с сомнением поглядел на меня, после чего поехал к компьютеру и застучал по клавишам. — Согласно моей симуляции, на восстановление твоих способностей потребуется… — он выдержал почти театральную трагичную паузу, — года два-три.
У меня внутри все похолодело.
— Так долго?
— Да. Но даже при благоприятном прогнозе нет гарантий, что дар вернется в прежнем объеме. Как ты и думал, тебе ввели слишком большую дозу блокаторов. И это явно не врачебная ошибка.
— Знаю, — мои кулаки сжались в бессильной злобе.
— Но есть и хорошие новости, — чуть бодрее продолжил доктор. — Сам феномен дара, особенно у первой волны, до конца не изучен, так что все может измениться. Мой прогноз условен настолько же, насколько и твое освобождение. Нужно наблюдать динамику. Может вмешаться эмоциональный фактор. Возможно, гормональный. Или какой-то иной…
— Например, такой? — я вытащил из кармана ингалятор с «Благодатью» и поставил на стол перед Айболитом.
Миг, и доктор изменился в лице: его воспаленные глаза широко распахнулись, тонкие губы сжались так плотно, что побледнели, на лбу выступила испарина, а руки затряслись куда сильнее обычного.
— Откуда у тебя это? — севшим голосом спросил Айболит, чей взгляд оказался прикован к небольшому флакону.
— Позаимствовал у одного из Черепов, — я не видел смысла юлить, да и не любил это дело.
Айболит нервно облизнул губы.
— Ты понимаешь, что если бы у тебя нашли это, то были бы проблемы?
— Понимаю.
— Но они показались бы тебе незначительными в сравнении с тем, — одаренный наконец-то смог посмотреть мне в глаза, — что ты испытывал бы, если… — Айболит замолчал и тревожно спросил. — Ты же не пробовал?
Я покачал головой.
— Хорошо, — быстро закивал мой собеседник, — это хорошо. Такие вещи, — он хотел было взять ингалятор, но отдернул руку так, словно коснулся раскаленного железа. — Такие вещи не должны существовать. Они ломают жизни.
— Говоришь со знанием дела, — я внимательно следил за каждым движением Айболита — он стал нервозным, дерганым и напряженным.
— Это дело я знаю куда лучше, чем хотелось бы, — решительно оттолкнувшись от стола, доктор откатился к окну. Он собирался сказать что-то еще, но в последний момент передумал и лишь проронил. — Ради твоего же блага, не прикасайся к этой дряни. Поверь, она не решит твоих проблем, а создаст новые.
— Верю. Но Америки ты не открыл, — спокойно произнес я. — Сам знаю, на что такие вещи способны. Но хотел проконсультироваться со специалистом.
Айболит, наконец, справился с эмоциями и взял себя в руки. Он серьезно кивнул мне и тихо произнес:
— И специалист тебе говорит: убери это дерьмо из моего кабинета и избавься от него так быстро, как только сможешь, после чего забудь, как страшный сон. Понял?
— Вполне, — я встал, взял ингалятор со стола и сунул в карман «треников». — Это все?
— Все.
— Тогда хорошего дня, — пожелал я Айболиту.
— Максим, — окликнул он меня уже на пороге. — Я уповаю на твое благоразумие. Не совершай… — доктор вновь запнулся, — … чужих ошибок.
— Не переживай. На эти грабли я наступать не стану.
— Очень на это надеюсь, — Айболит замолчал и посмотрел мне в глаза.
— Бывай, док, — закрыв за собой дверь, я вернулся в свои апартаменты.
Телевизор так и работал с ночи. Причем, как мне показалось, шел все тот же сериал про правильного и донельзя крутого мента. Он, в отличие от меня, наступал на все грабли подряд, но ломал их лицом и двигался дальше к цели.
— Такое бывает только в кино, — пробормотал я, ища пульт, который точно лежал рядом с диваном.
— Это точно, — раздался рядом знакомый голос.
— Какого⁈ — я чуть не подпрыгнул от неожиданности. — Какого хрена, Яна⁈
— А что? — девушка проявилась на краю дивана с пультом в руках. Она коварно улыбнулась. — У тебя было не заперто.