— Не знаешь, куда все подевались? — спросила она, заглядывая мне за спину так, будто ожидала увидеть там весь наш не слишком-то дружный коллектив.
— Понятия не имею.
— Ясно, — Катя оставила пушистые тапочки в коридоре и, не дожидаясь приглашения, потопала в зал.
— Будь, как дома, — пробормотал я, следуя за ней.
Электра то ли не услышала, то ли не придала значения моим словам. Оказавшись в комнате, она уселась на диван как раз в том месте, где совсем недавно спала Яна. Второй, как выяснилось, и след простыл. Мне оставалось только гадать: ушла она или же стоит где-то невидимая и следит за развитием событий со злорадной ухмылкой.
— Угостишь чаем? — спросила Электра, по-хозяйски кутаясь в мой плед.
— Черный или зеленый?
— Черный. Горячий и сладкий.
— Ага, — получив ценные указания, я пошел на кухню, ощущая себя абсолютно не в своей тарелке. Обычно меня сложно застать врасплох, но сегодняшний день, видимо, во что бы то ни стало решил в этом преуспеть.
Налив в чайник воды и включив его, я достал две кружки, сполоснул их и положил в каждую по две ложки сахара. Следом отправились пакетики из веселой коробки с нарисованным на ней слоном.
— Черный байховый, — прочитал я этикетку, — тот самый. Ну, тот, так тот.
Чайник закипел и, наливая в кружки кипяток, я на всякий случай спросил:
— Ты тут?
Яна не ответила. Наверное, ушла. По крайней мере, никакого взгляда на себе я не ощущал. Или мне это просто кажется, и одаренная забавляется от души. Завидую ей. Мне-то сейчас совсем не до смеха.
Когда я вернулся в комнату, Катя уже зарылась в плед и включила какой-то фильм, такое ощущение, что прямо с середины. На экране молодая красивая девушка рыдала и поедала мороженное столовой ложкой прямо из пластикового ведерка.
— У тебя есть мороженное? — с надеждой спросила Электра, не отрываясь от телевизора.
— Нет, — я поставил кружки на низкий столик.
— Так и знала, — печально вздохнула моя незваная гостья. — А печеньки?
— Ты в квартире холостяка, а не в кафе, — напомнил я. — Скажи спасибо, что хоть чай нашелся.
— Спасибо, — Катя плотнее закуталась в плед и вдруг принюхалась. — Он приятно пахнет.
Я пожал плечами, а Электра продолжила:
— Духами. Женскими. Знакомый запах…
— Может расскажешь, зачем пришла? — я решил сменить тему разговора.
— Просто так, — Электра откинулась на спинку дивана, положила на нее голову и уставилась в потолок. — Тоскливо как-то, и никого рядом нет.
— Кроме меня?
— Кроме тебя, — кивнула девушка. — И куда деваются друзья, когда они так нужны?
— Даже не знаю, — я окинул взглядом помещение, в котором все еще могла находиться одна из так называемых подруг Электры. Но Яна, если еще и не ушла, никак себя не проявила.
— Ты когда-нибудь чувствовал себя одиноким? — продолжила расспросы Катя, продолжая глядеть в потолок.
— Когда сидел в одиночке, — кисло улыбнулся я, вспоминая далеко не самый приятный период в своей жизни.
— За что тебя туда?
— Не нашел общего языка с сокамерниками, — ушел я от прямого ответа. — Пару раз.
Электра издала неопределенный звук, который обозначал то ли понимание, то ли что-то еще. Девушка шмыгнула носом и, выпрямив голову, посмотрела на меня глазами полными слез.
— А мне вот так одиноко, — тихо и трогательно сказала она. — Иногда просто накатывает. Отчаяние накрывает с головой и все… Так хочется с кем-то поделиться… — она замолчала и выжидающе посмотрела на меня.
Я же подумал о том, что денек, видимо, не закончится еще долго. Кроме этого меня посетила и еще одна мысль: надо было добавить себе в чай чего-то горячительного. Но, как говорится, поздно пить боржоми. Пора пить чай, слушать, как тебе изливают душу и тихо надеяться, что все это скоро закончится.
Вздохнув, я устроился поудобнее и сказал:
— Я в твоем распоряжении.
— Правда?
— Правда, — телефон в кармане снова загудел.
В этот раз пришло сообщение от Яны. Она сказала, что вернулась домой и посоветовала найти какую-нибудь причину, чтобы выпроводить Электру. Если, конечно, в мои планы не входит шоковая терапия.
— Почему всегда так происходит? — спросила у меня Катя, глядя в пустоту перед собой и грея ладошки о кружку с чаем. Она не обращала никакого внимания на телевизор или на меня. Просто говорила и все.
— Как? — я убрал телефон.
— Когда приходит пустота, — обычно жизнерадостный голос девушки сейчас звучал глухо и безжизненно, — рядом никого нет.
— Наверное, на то она и пустота, — я пожал плечами. Психология и диалоги о самосознании никогда не были моей сильной стороной.