— Интересные у вас торги были.
— Да куда там, — махнул рукой родственник. — Второй вариант куда лучше. Но сумма такая, что нам не потянуть, даже если все заложим. Спецом, сука, ценник заломил.
Я не стал выяснять, что там за сумма такая. Никогда не был силен в финансах, так что лучше поверить дяде на слово.
— Ну а третий, — директор «Вектора» печально вздохнул, — тоже не вариант. Сопляки велят не лезть к ним и прятать головы в песок каждый раз, когда Черепа идут на дело. Как по мне — лучше закрыться, чем так поступать. Думаю, ты меня понимаешь.
Я кивнул, но дядя продолжил.
— Если следовать указке этих сучат, то как мне людям в глаза потом смотреть? Нет, так нельзя. Лучше закрыться. К тому же, этого они и хотят.
— Не понял.
— А чего тут понимать? Времена нынче неспокойные, вот Черепа и решили вспомнить то, чем их предки занимались…
— Ты сейчас не о собирательстве и земледелии?
Уголки губ дяди слега приподнялись, но хорошего настроения у него от этого не прибавилось.
— О собирательстве, да, — он кивнул. — Точнее о вымогательстве. Они в рэкетиры заделались. Старший удумал крышевать район и брать за это бабки.
— Разве мы не то же самое делаем? Ну, почти…
— У нас все по закону! — тряхнул головой дядя Миша.
— А если по закону, то может в полицию обратимся? — не успел я предложить иной вариант решения проблемы, как родственник вновь махнул рукой.
— Они не почешутся, пока жареным не запахнет, а когда запахнет, то уже поздно будет.
— Тогда сами все решим.
Дядя хмуро поглядел на меня.
— Предлагаешь их прижать?
— Именно.
— Насилие — не выход.
— Демон бы с тобой поспорил, — я мрачно улыбнулся. — Как и многие другие.
— Знаю. Поэтому и никому ничего не сказал. Ты тоже не говори, а то натворят дел…
— И что ты предлагаешь?
— Ничего, — выдохнул дядя и снова потянулся к бутылке. — Ничего не предлагаю. Ничего не думаю. Просто пью.
— Но ты же понимаешь, что само все не решится?
Михаил Ильич замер, когда горлышко бутылки коснулось края рюмки. Водки он так и не налил и, с сожалением убрав бутылку вместе с рюмками в стол, со щелчком задвинул ящик. Выключив музыку, дядя упер локти в столешницу, спрятал усталое лицо в ладонях и принялся раскачиваться взад-вперед.
Я молча наблюдал за своеобразной медитацией, которая все никак не кончалась. Время от времени дядя издавал мычащие звуки, иногда скрипел зубами и цокал языком. Когда я еще учился в школе, в кабинете информатики стоял старый компьютер. Чаще всего он выполнял роль музейного экспоната, но иногда его включали, чтобы показать нам, как работала техника до появления операционной системы Windows, от которой еще в тридцатых отказались. В такие моменты компьютер гудел, натужно трещал и щелкал, прямо как сейчас мой дядя. Правда, в отличие от моего родича, старенькая техника не материлась и, кажется, работала быстрее.
— Могу завтра зайти, — предложил я.
— Не остри, — буркнул дядя, наконец-то убирая руки от лица.
— Надумал что-нибудь?
— Ни-хе-ра, — по слогам отчеканил дядя Миша. — У меня уже нет смекалки пятилетнего, зато есть лень пенсионера. Кстати, — он вдруг оживился и щелкнул пальцами. — Хочешь, анекдот расскажу? Как раз про стариков, и вообще в тему.
— Ты серьезно? — я ушам не проверил.
— Общаются как-то три мужика, — начал дядя Миша. — Первый говорит, мол, мне уже восемьдесят два года. Отлить нормально не могу. Всё утро на это уходит. Камни, наверное. Второй дед, которому восемьдесят семь, подхватывает и говорит, что его мучит запор. Тут вступает третий девяностолетний старик и, улыбаясь, говорит, что у него все по расписанию! Ровно в пять утра он мочится. В шесть ходит по большому. А в семь просыпается!
Не дожидаясь моей реакции, дядя заржал и принялся колотить ладонью по столешнице.
Я потер переносицу:
— Бутылка, которую ты убрал в ящик, не первая, да?
— В точку, — улыбка мгновенно исчезла с морщинистого и усталого лица моего родственника. Абсолютно трезвым и серьезным голосом он сказал. — Мы, племяш, сейчас как тот девяностолетний дед: встать-то встали, но обосрались раньше. Точнее не мы, а я.
— Ты-то тут причем? Это же мы с Димкой того петуха взяли, а потом еще с Черепами зарубились.
— Я за вас отвечаю, — дядя встал, вразвалочку подошел к окну и уставился на ночную улицу.
— Ты может, не заметил, — я приблизился и похлопал его по плечу, — но мы тут взрослые дяди. Отвечать за нас не надо. Сами сумеем.