— Она тоже собиралась? — это удивило меня настолько, что я даже забыл возмутиться.
— Конечно, — быстро закивал Катя. — Я ее позвала. Она согласилась. Мы же подруги.
— Подруги? — в моем голосе звучало сомнение, так как совсем недавно Яна буквально исчезла, стоило разбитой Электре переступить порог моей квартиры. Друзья так не поступают.
— Ну да, — продолжила Катя. — Янка очень любит животных. Заряжается от них позитивной энергией. Ей это необходимо.
— В каком смысле?
— В прямом, — Электра опустила телефон и посмотрела на меня. — А ты не знал, что она сильный эмпат?
— Это как?
— А так, — теперь плечами пожала уже Катя. — Яна чувствует сильные эмоции людей, даже если те их подавляют. Например, ей почти невозможно соврать. А еще, если на нее кто-то пялится, то она может понять с какой целью.
— Оу, — я поджал губы.
— Пошляк, — широко улыбнулась Электра. — Но не могу тебя судить. Будь я мужчиной, тоже бы об этом думала.
— А как эмпатия связана со щеночками? — я решил сменить тему.
— У Яны она необычная, — Электра наморщила лоб. — Она как бы пропускает эмоции через себя. И если с позитивом все ок, то вот с негативом все плохо. Сам понимаешь, сейчас вокруг плохого больше, чем хорошего, а она это очень остро ощущает, вот и старается закрываться ото всех. Но получается не всегда.
Я кивнул. Сказанное Катей объясняло отстраненность Яны. Мне казалось, что у нее просто скверный характер, но получилось куда сложнее.
— Когда мне плохо, — продолжила Электра, — я стараюсь не подходить к ней, чтобы не грузить своими тараканами.
— Очень благородно с твоей стороны.
— Да, я такая, — беззаботно улыбнулась девушка и тут же переключила все свое внимание на блинчики, которые подала нам все та же официантка. — Приятного аппетита!
— Приятного, — я тоже принялся за еду.
Блинчики, действительно, оказались хорошими. Возможно не самыми вкусными в Москве, но вполне приятными, чтобы заставить меня позабыть о сделанном вместо меня выборе. Кофе тоже оказался весьма неплох, но я едва не подавился им, когда Катя выдала:
— Хорошее кофе.
— Хороший, — медленно произнес я, подавляя волну негодования.
— А он разве мужского рода? — неподдельно удивилась собеседница, хлопая длинными ресницами. — Мне казалось, что кофе — оно, как и виски.
У меня даже глаз задергался.
— Виски — тоже «он». — Процедил я сквозь зубы. — А «оно» — это говно и современная система образования.
Катя захихикала, как школьница, но, перехватив мой серьезный взгляд, спрятала улыбку.
— Ты чего? — осторожно спросила она.
— Извини, — я взял себя в руки. — У меня мама учительницей русского и литературы работает. Все детство меня одергивала, вот и выработался рефлекс неприятия ошибок. Она и своих учеников муштрует — только в путь. Выдай кто-нибудь, что кофе это «оно», мама бы в обморок упала.
— Тогда нам повезло, что ее тут нет, — улыбка вновь вернулась на лицо Кати, и вокруг стало немного светлее. — А у нас вот училка была плохая…
— Оно и видно.
— Ты снова за свое?
— Больше не буду.
— Ловлю на слове. — Катя жестом развернула лежащий на столе планшет с меню и поднесла к нему телефон, оплачивая счет.
— Погоди… — договорить я не успел, терминал подмигнул зеленым — транзакция произведена.
— Ты и так потратил на меня время, так что не парься, я угощаю, — сообщила мне Катя.
— Сказала бы заранее, я заказал бы побольше.
— Ты не наелся? Тогда чего молчал? — не поняв моей шутки, девушка с озадаченным подвинула ко мне меню.
— Это была шутка, — я первым встал из-за стола и тоже достал телефон. — Если за обед платила ты, то позволь мне хотя бы такси вызвать.
— Не вопрос, — просияла Катя. — Сейчас скину тебе геолокацию парка.
Я заказал машину, как только получил координаты. Пока мы шли к месту посадки, машина подъехала, так что вскоре мы уже ехали по красивым и ухоженным московским улицам. С учетом небольших пробок, дорога заняла не очень много времени. Катя, которая вновь погрузилась в телефон, даже не заметила, как мы доехали.
— Уже все? — она подняла глаза от экрана и огляделась.
— Если ты скинула мне правильную локацию, — я вышел из машины и галантно подал руку девушке.
— Не знала, что ты кавалер, — Катя вдруг задумалась. — Откуда я знаю это слово? Я правильно его применила?
— Правильно будет «кавалерист», — серьезно сказал я, пряча улыбку.
— Правда? Верно говорят, век живи, век учись.