— Нет, — тут же ответил Упырь.
— Тогда, — дядя явно собирался рассказать этот самый анекдот, но, оглядев собравшихся, смутился. — Тогда в другой раз. — Заявил он. — Не при дамах.
— Почему это? — возмутилась Флора и сложила коротенькие пухлые ручки на груди. — Что такого в дамах, что при нас нельзя анекдоты рассказывать? Это дискриминация!
— Это, девочка, хорошие манеры, — назидательно поправил Михаил Ильич.
— Дискриминация! — Флора даже ногой топнула.
— Ладно, х*й с ней, — легко согласился директор, — пусть будет она.
Флора кивнула с таким видом, будто одержала важную победу не только для себя, но и для всех женщин планеты. Дядя Миша же невозмутимо продолжил:
— Короче. У Черепов на нас зуб.
— Так давай его сломаем, — тут же предложил Дима, вставая с дивана.
— Обожди, — велел дядя Миша. — И не перебивай старших.
— А перебить Черепов можно?
Дядя задумался.
— Можно, — наконец, кивнул он, — но потом. И исключительно по обстоятельствам.
— Скука. — Скривился Демон.
— Стратегия, — поправил дядя Миша. — Итак, эти отморозки выдвинули нам ультиматум: либо работать спокойно и закрыть глаза на их темные делишки, либо свалить в закат и не отсвечивать.
— Сами пусть валят, — подал голос Нож, и стоявший рядом с ним Движ согласно закивал.
— Хорошо бы, — дядя Миша вздохнул и почесал затылок. — Но вряд ли нам так повезет. Я дважды говорил с их старшими — они настроены серьезно. Если опустить угрозы, то мне сказали, что если мы не завалимся, то ничего хорошего из этого не выйдет.
— И что мы будем делать? — вопрос Кати повис в воздухе.
Дядя Миша пожевал усы, окинул всех собравшихся тяжелым взглядом и медленно произнес:
— Выбирать вам. Никого заставлять и принуждать не будут. Я принял решение — агентство работает и дальше в штатном режиме. Но, если кто-то захочет уйти, подпишем по соглашению сторон, получите зарплату за три месяца вперед и разойдемся друзьями.
Все молча смотрели на директора.
— А если останемся, то будем разбираться с Черепами? — нарушил тишину Дима.
— Только если они первые начнут. — Отозвался дядя Миша.
— Надеюсь, что начнут, — оскалился Демон. — По крайней мере я увольняться не буду. Мне еще кредит гасить… И Черепов.
— Тебя, Димка, даже могила не исправит, — покачал головой дядя Миша и посмотрел на остальных. — Ну что, кого-нибудь рассчитать?
Желающих не нашлось.
— Ребятки, — проникновенно произнес он. — Напоминаю, что у нас есть все шансы серьезно встрять.
— В первый раз что ли? — рассмеялся Движ. — Мы тут все эксперты по тому, как серьезно встревать. Но каждый раз разруливали. Разрулим и в этот!
Собравшиеся согласно закивали, а я отметил, что при необходимости даже столь разношерстные индивиды могут действовать, как единый коллектив. По крайней мере, на словах. Что будет на деле — время покажет.
— Ребятки, — дядя, кажется, прослезился. — Вот вы молодцы. Можете порадовать старика. Жаль, что редко.
— Но метко, — усмехнулся Нож.
— Не, — покачал головой директор. — Чаще мимо. Но сейчас не об этом. Раз мы все решили, то с сегодняшнего для я ввожу особое положение в «Векторе». С завтрашнего утра дежурите четверками. На каждый вызов ездите парами. Броники обязательны. Тех, кто не дежурит, прошу находиться в состоянии повышенной готовности. Особенно, Дима, это касается тебя!
— А чего меня-то⁈ — незамедлительно возмутился Демон. — Я всегда готов. В любом состоянии.
— В этом-то и проблема. Состояние должно быть трезвое.
— Надолго?
Дядя Мишу неопределенно покачал головой.
— Неделю, а там поглядим. Ну, — дождавшись неохотного кивка Димы, он начал спускаться по лестнице, — на этом собрание окончено. Завтра утром жду дежурных в привычное время. Всем доброй ночи, — с этими словами дядя направился к двери, по пути бросив мне. — Макс, на пару слов.
— Михаил Ильич, — позвала Зимина. — Вам такси вызвать?
— Будь добра, Ниночка, — ответил дядя и первым вышел из офиса.
Я догнал родственника, и мы пошли к парковке. Дядя остановился подальше от офиса и закурил. Он предложил мне сигарету, но я отказался и высек искру пальцами, чтобы он прикурил.
— Айболит тебе здоровый образ жизни назначил? — с кривой усмешкой поинтересовался дядя.
— Просто не хочется.
— Вот и хорошо. Нечего здоровью вредить.
— Уж кто бы говорил. — Я с укором поглядел на родственника.
— А что я? — делано изумился дядя Миша. — Я уже старый. Мне можно.