— У них и познакомились, — нехотя произнес Айболит, и его изможденное лицо помрачнело.
Мы втроем уставились на него широко раскрытыми глазами.
— У вас Базедова болезнь что ли? — заворчал доктор, откатываясь на коляске к окну. Отодвинув штору, он посмотрел на раскинувшийся под холмом лес. — Когда дар начал меня менять, вести врачебную практику в больнице уже не получалось. Преподавать тоже — слишком быстро устаю. И так я остался только с пособием по инвалидности. Нужны были деньги. Как-то Черепа притащили ко мне раненого подельника, чтобы хоть как-то его подлатать, а дальше завертелось… — доктор немного помолчал, переводя дух и восстанавливая сбившееся то ли от волнения, то ли от долгой речи дыхание. — Это просто одна из двух моих больших ошибок.
— А вторая? — спросил Движ.
Айболит тяжело вздохнул.
— Вторая — это «Благодать», — тихо произнес он.
— Них*я себе, сказал я себе, — многозначительно выдал Движ.
Нож присвистнул и покачал головой:
— А щеночков ты случаем не топил?
— Отвали, — устало отмахнулся Айболит. — Я не ради денег и не по злому умыслу создал эту дрянь. Она вообще побочный продукт. Черепа мне платили, я сделал лабораторию, в которой пытался вывести формулу для того, чтобы как-то обуздать свой дар. Но вышло все наоборот. Я как понял, что натворил, поджог все и свалил.
— Паршиво поджег, выходит, — я подошел к Айболиту и ободряюще, но осторожно похлопал его по плечу. — Лечить у тебя лучше получается.
Доктор устало улыбнулся.
— А что с итоговой формулой?
— Ни-че-го, — в усталом голосе Айболита зазвучали грусть и горечь. — В моем случае подавители дара не действуют, так что, с текущим уровнем мирового научного прогресса, ловить мне нечего. Остается лишь надеяться, что доживу до какого-нибудь подходящего открытия.
— Черепа могут нас всех кончить, — мрачно произнес Движ.
— Знаю, — кивнул Айболит. — Поэтому и решил вам все рассказать. Вроде как даже легче стало.
— Да ну? — с сомнением протянул Нож, скептически поглядев на скрюченного одаренного.
Тот перехватил взгляд и сухо улыбнулся.
— В моральном плане.
Нож хмыкнул.
— По-правде сказать, — продолжил Айболит, — я ожидал более бурной реакции.
— Уж извини, сегодня это не к нам, — Сергей коснулся перевязанной ноги, поморщился, и вновь вытянулся на разложенном кресле. — Да и чего пылить-то? Кто из нас раньше не косячил?
— Если бы только раньше, — согласно кивнул Нож. — Все мы тут друг друга стоим. Разве что Макс чистеньким кажется.
— Ага, — подобрался Движ. — Еще и ходит ровно. У меня дядя воякой был, так же вышагивал.
— Какие все проницательные. Ладно, слушайте, — я вздохнул, после чего вкратце пересказал свою историю.
Меня слушали не перебивая. Для Айболита все это не было новостью, а Сергей и Саша восприняли все, как должное. Нож просто и с пониманием кивнул, а Движ спросил:
— Чего сразу не рассказал-то?
— Момента подходящего не было.
Этот ответ удовлетворил одаренного, и тот прикрыл глаза.
— Подремать попробую. Устал, как сволочь.
— Отдыхайте, — сказал всем, кто находился в импровизированном лазарете и вышел. Аккуратно прикрыв дверь, я обнаружил за ней Яну.
— Значит, больше не секрет? — поинтересовалась она.
Я покачал головой.
— Хорошо, — Тень обошла меня и направилась по своим делам.
Постояв на месте, я прислушался. Загородный домик дяди был пусть и двухэтажным, но не слишком большим. Приезжали сюда только по теплу, а зимой он пустовал. Помню, как мы с мамой проводили здесь майские праздники. Тогда на улице пахло теплом, костром и жареным мясом. Мне нравилось сидеть на высоком крыльце и смотреть на лес под холмом. Природа расцветала, пение птиц становилось все громче, а когда над верхушками деревьев показывались пузатые свинцовые тучи, то я улыбался им, так как всегда любил теплые весенние дожди.
Может в этом году возобновить традицию? Надо бы поговорить с дядей. Но не сейчас. В данный момент мой родственник что-то обсуждал по телефону на втором этаже. Мимо меня прошла Зимина и направилась наверх, неся в руках какие-то бумажки.
Судя по голосам, Электра, Демон и Кира смотрели телевизор в гостиной. Я сходил на кухню и нашел там свою старую кружку с потертым, но все еще угадывающимся изображением спартанского шлема в профиль. Дядя привез ее из Греции, когда я был совсем пацаном. Годы, конечно, взяли свое, но кружка все еще годилась для того, чтобы из нее пить. В детстве я предпочитал сладкий чай. Сейчас же приготовил кофе, и уже собирался присоединиться к остальным в гостиной, но в кармане загудел телефон. Звонил Захар. Покинув дом, я уселся на крыльце, как в детстве, и, глядя на лес, принял вызов.