Быстро переодевшись в уличную одежду, я встретился с Кирой уже в коридоре, где она отчитывала насупленного, словно голодный снегирь, братца. Демон воинственно сопел, злобно таращил глаза и играл внушительными мускулами, но ничего из этого никоим образом не впечатляло и не пугало его сестру.
— Будешь себя плохо вести — я все маме расскажу! — на полном серьезе заявила Кира.
— Тебе что, пять лет? — скривился Дима.
— Для мамы — я всегда ее любимая маленькая доченька, а ты тот, кто обижает меня больше других.
— Да чего я-то сразу⁈ — возмутился Демон.
— А чего нет? — парировала Кира. — Если какая-то пакость случается, то ты всегда замешан. К гадалке не ходи! И мама это знает лучше других.
— И что ты ей скажешь? Что я очередного твоего хахаля чуть не пристукнул?
— Что ты мешаешь мне устраивать личную жизнь. — Поставила точку в споре Кира. — Сам знаешь, что бывает с мамой, если хотя бы намекнуть ей, что кто-то стоит между ней и предполагаемыми внуками.
Мне надоело быть безмолвным зрителем, и я решил принять участие в представлении сразу же «зайдя с козырей»:
— А, ну тогда у Димы для нее есть хорошие новости.
Кажется, Демон немного побледнел.
— Заткнись, — красной змеей зашипел он.
Кира же, наоборот, воодушевилась.
— С этого момента поподробнее, — попросила она.
Пусть я и не понимал, почему Дима столь тщательно скрывает свои отношения с Ниной, но, каким бы он уродом иногда не был, раскрывать его тайну мне не хотелось. К тому же, может это важно для Нины? В то, что касается лишь их двоих, я лезть не стал, поэтому решил отшутиться.
— А ты не видела, как на него девушки на улице смотрят?
— На него? — Кира с сомнением поглядела на братца. — Да его все девчонки боятся, как огня. В любом спортивном зале вокруг Димки одни парни.
— Вот так подробности, — я весело посмотрел на Демона.
— Они хотят узнать, как бицухи накачать! — запротестовал тот.
— Ага, рассказывай, — Кира подошла ко мне и взяла под руку. — Решаете там, поди, кто из вас «Boss of the Gym».
— Этот прикол уже лет тридцать, как не в теме, — все еще сердито буркнул Дима, хоть на меня он смотрел уже не волком. Оценил, значит, широкий жест.
Но тут Кира щедро плеснула масла в почти потухший огонь.
— Нине привет!
— Ты сказал-таки⁈ — чуть не взорвался Демон.
— Ни слова не говорил. — Бессмысленно попробовал убедить его я.
У Киры это получилось лучше.
— Короткие белые волосы только у нее, — с видом матерого детектива заявила она. — А их в твоей берлоге просто валом. Ты бы хоть иногда убирался. Ну или ее попроси, раз сам не можешь.
— Пошли вы! — обиделся Демон.
— И мы пошли, — кивнула Кира и повела меня к выходу.
На улице все так же ярко светило солнце, и я пожалел, что не взял темные очки. Киру же ничего не смущало, и она уверенно шагала вперед, с восторгом глядя на прорастающую зелень, птичек и редкие белые облачка. Со стороны дороги дул теплый ветер, донося запах свежеуложенного асфальта. Против запаха ничего не имею, а сам асфальт пролежит хорошо если до следующей весны, ведь кладут у нас не только его, но и на него.
— Ты какой-то задумчивый, — судя по направлению, Кира вела меня к метро.
— Просто до конца не проснулся, — ушел я от прямого ответа и тут же сменил тему. — А мы куда путь держим?
— На ВДНХ! — решительно заявила моя спутница. — Хочу в океанариум.
— А успеем? — я достал телефон и посмотрел на часы, прикидывая, не опоздаю ли на смену.
— Успеем, — уверенности Киры вполне хватило бы на нас двоих.
Мы прогулялись до метро и спустились вниз. Здесь уже было куда оживленнее, чем на улице. Все больше людей бросали на Киру любопытные взгляды. Правда, некоторые мужчины смотрели и на меня, причем редко с непониманием и часто с нескрываемой завистью. Но меня это не трогало.
Куда больше я задумался о реакции Киры. Если бы на ее месте оказалась Яна, то девушке эмпату стало бы совсем не по себе от столь пристального внимания. И пусть она умело бы скрывала свои эмоции за пренебрежительной маской, чужие чувства могли бы ее ранить.
Я только сейчас подумал о том, что чаще всего Тень передвигается или в машине, или в невидимости. А ведь ее внешность пусть и вызывающе притягательная, но не слишком отличает ее от простых людей, тогда как Кира при всем своем желании не могла бы сойти за обычную девушку.
— Как тебе живется с… такой неординарной внешностью? — спросил я спутницу, когда мы вошли в вагон.
— Поначалу было тяжело, — призналась Кира. Ее взгляд затуманился, словно она смотрела не в темное окно или на свое отражение, а куда-то в прошлое. — Знаешь же, что дети могут быть жестокими? Нас с Димой всю школу дразнили и звали «чертями из Чертаново». Я плакала, Димка злился. Тогда-то и начались его первые приводы в детскую комнату полиции.