Мне не оставалось ничего иного, кроме как согласно кивнуть, мол, принял к сведенью.
— Кроме того, — Горбов вполоборота взглянул на закрытую дверь. — К вам уже собралась настоящая очередь. Я бы порекомендовал вам покой еще на сутки, но вынужден разрешить посещения, так как у нас банально осталось мало места в зале ожидания. А еще, — доктор понизил голос, — ваша знакомая красная барышня весьма недвусмысленно дала мне понять, что вместе с вашими коллегами придет к вам в любом случае, так что… — он бессильно развел руками, — медицина тут бессильна. Кроме того с вами очень хотят пообщаться полицейские. Понимаю, что вы предпочли бы увидеть близких людей, но законодательство обязывает меня пустить уполномоченных лиц первыми.
— Без проблем, — я чуть приподнялся на подушке, приняв полусидячее положение. Получилось так себе. — Быстрее начнем, быстрее закончим.
— Отличный настрой, — одобрил доктор и, прежде чем подняться, подался вперед и нажал кнопку на подлокотнике. Тихо загудел газлифт, и кушетка изменила форму, приподняв изголовье.
— Спасибо, так гораздо удобнее.
— Не за то, — улыбнулся доктор и перед уходом пожелал. — Поправляйтесь.
— Приложу все силы, — пообещал я.
— А вот силы вам лучше поберечь, — посоветовал доктор Горбов, выходя за дверь. Он попытался закрыть ее, но получилось не сразу. — Видимо, механизм заедает, — пробормотал мужчина, после чего все же справился с задачей.
Стоило двери закрыться, как я спросил:
— Не хочешь стоять в очереди?
Вместо ответа моих губ коснулось что-то влажное и теплое. Миг, и на краю кушетки появилась Яна. Она прервала поцелуй и сурово поглядела на меня.
— Тебя можно оставить одного хоть на минуту?
— Я в этой палате куда дольше и со мной вроде ничего не случилось, — обезоруживающе улыбнулся я.
— А вчера ночью? — взгляд Яны абсолютно не смягчился.
— Мы были с Котовым. Кстати, как он? — я решил ловко сменить тему.
Яна фыркнула.
— В норме. Он был неадекватным, потому что уроды вкололи ему блокаторы. Айболит смог их частично нейтрализовать, но эффект сохранился, так что пару недель нам придется терпеть не самого умного кота. Он кое-как смог обрисовать ситуацию, но вышло так себе.
— Там в подвале была лаборатория… — начала было я.
— Про которую ты не скажешь ментам ни слова, — закончила за меня Яна. — Запомни — ты хотел отвезти кота в ветеринарку и выбрал по отзывам хорошую, поэтому и поехал в Царицыно. По пути кот сбежал. Ты стал его искать и заметил следы рядом с той столяркой. Мужик на входе не захотел тебя пускать и сказал, что кот теперь будет жить у них. Вы повздорили. Ты его ударил и побежал за котом. Дальше все получилось случайно. Дар ты не использовал, так как он еще не вернулся в полном объеме. Пожар начался незадолго до твоего визита, поэтому тебе удалось лишь спасти кота и выбежать из горящего здания. Понял?
— Понял, но… — я живо прикусил язык, так как в дверь вежливо постучали.
Яна немедленно исчезла, словно ее тут никогда и не было. Стук в дверь повторился и прозвучал уже настойчивее.
— Войдите, — разрешил я.
— Здравия желаю, — в мою палату вошел мужчина в форме и, что забавно, с густыми, как у моржа, усами. — Майор Спиридонов, — он продемонстрировал мне «корочку». — Мне нужно задать вам несколько вопросов касательно вчерашних событий.
— Конечно, — я жестом указал посетителю на стул, но тот лишь покачал головой.
— Спасибо, постою. Итак, если вы не против, начнем, — полицейский достал служебный телефон и демонстративно включил на нем запись. — Назовите ваши имя, фамилию, отчество и год рождения.
Как только я проговорил вслух все, что требовалось, служитель закона вывалил на меня целый ворох совершенно стандартных вопросов из серии: как я оказался в Царицыно, что делал у мастерской, видел ли, как произошло возгорание, имел ли место конфликт с одним из сотрудников и так далее.
Отвечая на вопросы так, как советовала мне Яна, я не мог не отметить то, что майор не проявлял в моем допросе особого рвения. А некоторые из его вопросов были сформулированы так, чтобы подтолкнуть меня к нужным ответам. С подачи Спиридонова так выходило, что и мужика у входа я не бил, а просто оттолкнул. Меня это насторожило, но я никак не проявил своих подозрений и, «включив» наивного дурака, рассказал ровно то, что от меня, судя по всему, и хотели услышать.
Зафиксировав мои показания, майор Спиридонов еще раз попросил назваться под запись, после чего убрал телефон и был таков. Я в недоумении уставился на закрытую за его спиной дверь не до конца понимая, радоваться такому положению дел или настораживаться.