— Это будет последним, что я сделаю? — выдохнул я.
— Будь уверен, — мрачно сообщила мне Яна, выполняющая выпады с гантелями неподалеку.
— Он и тебе потрет, — успокоила ее Кира, после чего обратилась ко мне. — Потрешь же?
Я закончил подтягивания и спрыгнул на пол.
— Предпочитаю не отвечать на провокационные вопросы без своего адвоката.
— Хороший ответ, — с улыбкой одобрила Кира. — Вот только я твой адвокат. Хочешь потребовать другого?
— Очередной вопрос без правильного ответа, — я развел руками.
Яна тоже отстрелялась, отложила гантели и, тяжело вздохнув, согласно кивнула.
— Смотря, что считать правильным, — философски рассудила Кира и звонко хлопнула в ладоши. — Ладно, на сегодня закончили. Делаем растяжку и в душ. — С лукавой улыбкой проворковала она. — Кто первый, тот…
Договорить Кире не дала Нина, которая влетела в тренажерный зал, словно ураган.
— Срочный вызов! — выпалила она.
5. Тени сгущаются
Флора жала педаль газа в пол, и машина с натужным гулом летела по улицам Чертаново. Водила Антонина пока не слишком уверенно, но успела сесть за руль первой, а пересаживаться уже не оставалось времени. Судя по информации от диспетчера, воспитатели вызвали нас, когда заметили расхаживающих вдоль забора подозрительных людей. Сейчас же неизвестные вторглись на территорию детского сада. Движ уже помчал туда. Полиция тоже, но мы должны были успеть первыми.
Все, кто сейчас сидели в служебной машине, были на взводе. Каждый осознавал серьезность сложившейся ситуации. Мы не могли медлить. Мы не могли ошибиться. У нас не было на это права.
Где-то в недрах моей души разгоралось то самое позабытое чувство, когда, служа в СОБРе, я ехал на задание в машине с другими бойцами. И пусть сейчас мои коллеги не были профессиональными оперативниками, каждому из них я доверил бы свою жизнь. Ну разве что к Котову имелась пара вопросов.
— У тебя коленки острые! — тут же раздался в голове голос Вити. Он сидел на переднем пассажирском сидении. Точнее там сидел Упырь, а Котов устроился у него на коленях и был этим крайне недоволен.
— Тогда найди другие или заткнись, — сосредоточенно буркнул Вадик, который судорожно сжимал в длинных пальцах серебристую фляжку.
Я ожидал, что Котов огрызнется в ответ, но тот промолчал и перебрался в ноги Упыря, устроившись между ними на резиновом коврике. Возможно, он счел, что там безопаснее, потому что вела Антонина так, словно участвовала в ралли. Мне не повезло очутиться на середине заднего сиденья, так что летящую нам навстречу дорогу я видел отлично и что было сил держался руками за спинки передних кресел — вылететь в лобовое стекло в случае аварии мне совершенно не хотелось.
Слева от меня сидела мрачная Яна, а справа Кира, которая ни с того ни с сего решила увязаться вместе со всеми, заявив, что дети — это святое, и она порвет задницу на британский флаг любому, кто посмеет обидеть ребенка. Прямо так и сказала, словно в нее на миг вселился дух склочного братца.
Девушки, как и я, не успели переодеться. Вот только от них пахло приятно, а я, к своему стыду, вонял потом. Наверное поэтому Котов и уселся впереди — его звериный нос был куда чувствительнее человеческого.
— Да что ты еле плетешься⁈ — зло огрызнулась Флора, выкручивая руль и выезжая на встречку прямо через двойную сплошную.
Руки соскользнули с гладких кресел, и меня бросило влево, прямо на грудь Киры. Та, кажется, не расстроилась.
— Прости.
Стоило мне выровняться, как Антонина совершила обгон и резво перестроилась обратно, на каких-то несколько метров разминувшись с мчащейся на встречу фурой. Этот маневр швырнул меня в другую сторону, прямо на Яну.
Пролетевший мимо грузовик сердито загудел.
— Как хорошо, что я ничего не вижу, — сообщил всем Котов.
— Пасть закрой! — рыкнула сосредоточенная Флора, разом позабыв о пропагандируемых ей самой культуре общения и уважении к окружающим.
— Так у меня и закрыта, — отозвался Витя.
— Пусть такой и остается, — Антонина принялась играть в «пятнашки» на дороге, создав за каких-то три минуты столько аварийных ситуаций, сколько среднестатистический водитель не создаст и за пару лет.
— Поднажми! — крикнула ей Кира.
— Стараюсь! — Флора напряглась так, словно пыталась педалью газа продавить дно машины.
— Тут лишь ты одна ударостойкая, — вновь подал голос Кот. — Но, прошу заметить, все равно не бессмертная. Как и каждый в этом ржавом корыте…
— Заткнись! — в один голос велели Вите и Кира, и Антонина.