— Так я чуть-чуть, — Демон выпил и с завидной скоростью доел вторую часть пиццы. — К тому же, — добавил он с набитым ртом, — меня быстро отпускает.
— Я лично проверю тебя перед тем, как допустить к дежурству, — строго сказала ему Нина, поднимая бокал. Она решила поддержать Катю и пила сок, судя по цвету, томатный.
— Вот умеете вы испортить веселье, — хмурясь, Демон передумал в этот раз мешать водку с пивом и остановился только на втором, заодно передав новую бутылку и мне. — Ты-то не стесняйся, — сказал он, легко поддевая крышку когтем, — всем, кто сегодня на вызове был, старик выписал выходной, так что гуляй на всю, — немного подумал, Димка все же добавил, — мудак героический.
Мы выпили, поели, потом выпили еще раз и не заметили, как за разговорами пролетело время. Дима и Катя ушли на работу, Нина отправилась их провожать, так что мы с Кирой и Яной остались втроем. Девушки убрали со стола и задержались на кухне, о чем-то негромко беседуя за прикрытой дверью.
По моему скромному мнению, эта самая дверь сейчас для меня являлась абсолютно не той, в которую следовало входить. Я посмотрел на нее и решил остаться в зале. По телевизору как раз показывали старый фильм про зомби, так что мне и тут было совершенно неплохо.
Где-то минут через двадцать, вернулись девушки.
— Мы тоже пойдем, — не слишком-то радостно сообщила мне Кира.
— Можете еще посидеть, — предложил я. — Еда еще осталась. Можно чай попить.
— Мы попьем его у меня, — Яна взяла подругу под руку и потащила к двери. Но разница в силе и габаритах дала о себе знать — ноги Тени просто скользили по полу, тогда как ухмылявшаяся Кира не двигалась с места.
— У нас сегодня что-то типа девичьих посиделок, — сказала она мне. — Ну, знаешь, наденем пижамы, съедим по ведру мороженного, посмотрим какую-нибудь мелодраму, поплачем, а потом подеремся подушками.
— Неплохой план, — одобрил я.
— Мы не будем этого делать. — Отрезала Яна. — Ну, разве что кино посмотрим.
— Такие дела, — Кира помахала мне рукой. — Пока, Макс.
— До завтра.
— До завтра, — лишь убедившись, что ее подруга идет к двери, Яна направилась следом с видом конвоира.
Я проводил их и вернулся в зал. По телевизору началась вторая часть фильма, в холодильнике еще оставались пиво и пицца, так что вечер, можно сказать, удался.
Что же до текущих проблем — пусть они достанутся завтрашнему мне. Приняв такое решение, я пошел к холодильнику.
7. Ставки растут
Ближе к вечеру следующего дня я наведался к Захару. Утром его выпустили из больницы, чему он был несказанно рад и собирался весь день посвятить подключению знакомых к делу о похищении племянницы. Я всерьез рассчитывал на результат и ждал вестей. Вот только моему другу пришлось ограничиться одними лишь звонками, а не личными встречами. И на то имелась причина. Весьма весомая.
— Здравствуйте, — сказала она с порога.
— Добрый вечер, — я оглядел крепкую женщину, мощная фигура которой практически заслоняла весь проход. — А вы?..
— Жанна, — представилась женщина, — сиделка Захара Юрьевича. А вы?..
— Максим, его друг.
— Он говорил о вас, — кивнула Жанна и немного посторонилась, позволяя мне протиснуться внутрь квартиры. — Захар Юрьевич сейчас отдыхает. После укола ему нельзя вставать. Подождите минут пять.
— Конечно, — друг в сообщении предупредил меня о положении дел, так что я не слишком-то удивлялся происходящему. Правда, не ожидал, что сестра наймет для Захара именно такую сиделку. Я посчитал его слова о том, что эта женщина остановит коня на скаку, не более чем шуткой.
Но нет. Это была правда.
— И еще, — Жанна сделала шаг вперед и приперла меня к стене пышным бюстом. — Захару Юрьевичу нельзя нервничать. Вы знаете, какое у него вчера было давление?
— Не смертельное? — предположил я, основываясь исключительно на том факте, что мой друг был до сих пор жив.
Женщина смутилась и отступила.
— Так-то оно так, — произнесла она шепотом. — Но его здоровье нужно беречь. Так что никаких стрессов и острых тем для обсуждения.
— Будем говорить о радуге, котятах и классической музыке. — Заверил я ее.
— Коты аллергены, а классические произведения могут быть весьма печальны, — категорично заметила Жанна. — А с радугой вообще шутки плохи.
— Тогда как насчет многозначительного молчания?
— Уже лучше. — Одобрила сиделка с самым серьезным выражением лица. — Но Захар Юрьевич сейчас не в лучшем расположении духа. Хорошо бы чем-то его порадовать.